Виды святых в православии

0
42

Святой император Юстиниан

Это разряд святых монархов, прославившихся своим благочестием, милостью и заботой об укреплении христианской веры. Богословское обоснование почитания отдельных монархов как святых основано на восприятии их как поставленных от Бога устроителей земной жизни, судей и хранителей закона. Это понимание царского служения имеет еще ветхозаветные корни. Установление царской власти в Израиле описано как акт богоизбрания. Первому израильскому царю Саулу пророк Самуил говорил: «И найдет на тебя Дух Господень, и ты будешь пророчествовать… и сделаешься иным человеком» (1Цар.10:6). Неоднократно подчеркивалась и особая избранность царя Давида. Но следует помнить, что ветхозаветное восприятие царской власти коренным образом отличается от свойственных религиозным системам Древнего Востока представлений о царе как харизматическом вожде, наделенном божественными полномочиями.

Для христианской Церкви тема царской святости приобрела актуальность после признания христианства государственной религией Римской империи, когда император официально стал защитником Церкви и охранителем веры. Византийские императоры получили существенные полномочия в церковной сфере. Они именовались «внешними епископами», могли созывать Вселенские Соборы, возбуждать дискуссию по важным догматическим проблемам
840, вели определенную религиозную политику, издавая указы о преследовании еретиков и т. п. В титул византийского императора входило наименование «святой» (agios). Тем не менее, царская святость не являлась автоматической, она была обусловлена теми требованиями праведности, которые сформировались еще в библейской традиции. Из Священного Писания мы помним многочисленные примеры правителей, отвергнувших волю Божию и поклонявшихся идолам. Неправедный царь лишался своего богоизбранничества. Это свидетельствовало о том, что благодатные дары царства давались не безусловно
841.

Среди византийскихимператоров причислены Церковью клику святых Константин и Елена, Феодосий I Великий и его супруга Плакилла, Феодосий II с супругой Евдокией, Маркиан и Пульхерия, Лев I Великий, Маврикий, Юстиниан и его супруга Феодора, императрицы Феофания, Ирина – жена Льва Хазара, Ирина – супруга Иоанна Комнина, Феодора, царевны Сосипатра и Анфуса
842.

Почитание императоров как святых было выборочным. Как правило, канонизировались императоры, при которых происходили Вселенские Соборы. При Константине Великом в империи восторжествовало христианство и был созван Первый Вселенский Собор (325), при Феодосии Великом – Второй (381), при Феодосии Втором – Третий (431), при Маркиане и Пульхерии – Четвертый (451), при Юстиниане – Пятый (553), при Ирине – Седьмой (787). К этой группе можно отнести и правителей, не созывавших Вселенских Соборов, но оказавших значительные услуги Церкви, например, цариц Елену и Феодору. Царица Елена в 326 г. нашла Животворящий Крест Господень. При царице Феодоре было восстановлено иконопочитание в 843 году. Конечно, эти правители отличались и личным благочестием, но все же основной причиной их канонизации, на наш взгляд, был их вклад в дело защиты и укрепления Православия.

Другие императоры прославлены за свой аскетический подвиг и дар чудотворения.

Так, еще при жизни за добродетельную жизнь почиталась
царица Феофания, первая супруга императора Льва Мудрого (866–911). Она спала на рогоже рядом с роскошной постелью, под царскими одеждами носила власяницу, творила много милостыни. Святитель Димитрий Ростовский
843 сообщает, что император Лев еще при жизни стал строить храм в ее честь. Св. Феофания категорически воспротивилась этому, и тогда храм был переименован в честь Всех Святых. После смерти Феофании Лев Мудрый в совете с Церковью установил празднование памяти Всех Святых в следующее воскресенье после Пятидесятницы. По словам Льва, если Феофания святая, то в этот день будет праздноваться и ее память. Об этом говорится также в синаксаре Недели Всех Святых (Цветная Триодь). Благочестивая императрица была прославлена чудотворениями уже через несколько дней после кончины, и поэтому почти сразу канонизирована.

Среди членов византийских императорских фамилий были царственные иноки, точнее, инокини – царевны Сосипатра и Анфуса.
Царевна Сосипатра (†625, память 9 ноября ст. ст.) была дочерью императора Маврикия. Она приняла иночество, основала вместе со своей наставницей прп. Евстолией обитель и управляла ею до конца жизни
844.
Царевна Анфуса Омонийская,
дева, игуменья
(12 апреля ст. ст.) была дочерью императора – иконоборца Константина Копронима (741–775) от его первой супруги из хазар, «яже от злаго корене добрая ветвь сущи, изводи житие свое в чистом девстве провождати». Она и ее брат, будущий император – иконоборец Лев Хазар (775–780), были близнецами и родились 25 января 750 года. Несмотря на уговоры отца, Анфуса отказалась выйти замуж, стремясь к иночеству. После смерти Константина Копронима она все свое личное имущество употребила на помощь нищим и сиротам. Благочестивая царица Ирина (780–802), супруга Льва Хазара, относилась к святой Анфусе с любовью и уважением и приглашала ее в соправительницы. Но святая Анфуса отказалась. Она приняла постриг от святого Патриарха Тарасия (784–806), основала в Константинополе Омонийский монастырь, прославившийся строгим уставом, и прожила в нем до своей кончины в 801 году.

Ряд императоров прославлен как за заслуги перед Православием, так и за благочестие в личной жизни.

Например
,
Лев I Великий (Маркелл)
(457–474, память 20 января ст. ст.). Это первый император, коронованный Константинопольским архиепископом. Лев I был православным императором, защитником постановлений Халкидонского Собора, он заботился о сохранении единства империи и Церкви после Халкидона, решения которого не было принято значительной частью населения Византии. С его именем связано установление празднования Живоносному Источнику Пресвятой Богородицы в Светлую Пятницу. В синаксаре Цветной Триоди говорится, что он «бяше благ и смирен человек». О появлении праздника Живоносному Источнику синаксарь повествует следующее. Когда Лев еще не был императором, он как-то помогал идти одному слепцу. Когда тот попросил воды, Сама Матерь Божия указала Льву источник в лесной чаще и велела исцелить слепого этой водой. Обращаясь ко Льву, Пресвятая Богородица назвала его царем, что действительно вскоре осуществилось
845.

Св.
Маврикий (582–602), как и последний Российский царь, принял мученическую кончину от рук взбунтовавшихся подданных. Маврикия считают одним из лучших византийских императоров. Он был сторонником Халкидона и всячески старался присоединить монофизитов к Православию мирным путем. Монофизиты относились к нему с уважением, их историк Иоанн Эфесский называл его «боголюбивым императором», сирийские монофизиты почитали его святым. В правление Маврикия многие из них вернулись в Православие. В числе возвратившихся Грузинская Церковь и часть Армянской. Маврикий реформировал и укрепил империю, активно боролся с коррупцией. Он был замечательным полководцем, очень любил свою семью, отличался необычайной скромностью.

Зимой 602 г. в войсках начался мятеж, который возглавил полковник Фока, будущий император (602–610). Маврикий и его сыновья были схвачены. Император не сопротивлялся, он воспринял это с истинно христианским мужеством, как наказание за свои грехи. По словам хронографа, Фока, желая увеличить мучения Маврикия печальным зрелищем, приказал казнить в его присутствии пять сыновей его. Маврикий же, постоянно повторял: «Праведен Ты, Господи, и правы суды Твои». Няня спрятала одного из царских сыновей и пыталась отдать на убиение своего собственного, но Маврикий не допустил этого. Он нашел и отдал на казнь своего сына. Последним был обезглавлен сам император
846. Память св. Маврикия 28 ноября ст. ст.

Сведения об остальных канонизированных византийских императорах находятся в приложении к теме.

Феодосий I Великий (379–395). Память 17 января. Крестился в 380 г. При нем был созван Второй Вселенский Собор и издан манифест о вере, признающий Никейское исповедание единственно верным и лишающий всех, кроме никейцев, звания кафоликов и соответствующего положения в империи
889. Память супруги Феодосия Великого св.
Плакиллы 14 сентября. О ней есть слово свт. Григория Нисского890.

Феодосий II Новый (408–450). Память 29 июля. При нем был созван Третий Вселенский Собор (431 г., Ефес). Император был блестяще образован и благодаря влиянию своей сестры св. Пульхерии – благочестив. Он любил читать христианских писателей и петь церковные гимны. Однажды на ипподроме вместо ожидавшегося зрителями ристалища он устроил грандиозный молебен, на котором сам регентовал. Церковный историк Сократ пишет, что его никто из ближних не видел разгневанным. Некто спросил его, почему он никогда не наказывает смертью оскорбившего его человека. «О, если бы, ответил император, возможно было мне и умерших возвратить к жизни… Не великое и не трудное дело убить человека, но, раскаявшись, воскресить умершего не может никто, кроме Бога»
891. Феодосий активно преследовал язычников. В 426 г. по его приказу была сожжена Олимпия – место культа Зевса и проведения посвященных ему олимпийских игр. Он издал указ против книг философа-неоплатоника Порфирия, в котором говорилось: «Предписываем все, что Порфирий (или кто-либо другой), гонимый собственным безумием, написал против благочестивой веры христианской, где бы оно ни было обнаружено, предать огню. Ибо мы хотим, чтобы всяческие произведения, вызывающие гнев Божий и оскверняющие душу, не достигали даже слуха людей»
892. При Феодосии II в столицу были с почетом привезены мощи свт. Иоанна Златоуста. Император, преклонив колена, молился о прощении грехов его родителей виновников страданий и смерти великого святителя
893.

Вместе с Феодосием почитается и его супруга
Евдокия (память 13 августа, †460 в Палестине). Она была дочерью латинского софиста, получила прекрасное образование. Супругой Феодосия II стала по желанию св. Пульхерии. С 441 г. Евдокия лишилась благоволения мужа из-за обвинения в расположении к сенатору Павлину, целомудренному и благоразумному человеку. Он был сослан и казнен, а опальная царица сама покинула Константинополь и остаток жизни провела в Иерусалиме. Умирая, она с клятвой засвидетельствовала свою невиновность. Святитель Димитрий Ростовский так комментирует эту историю: «Бог попустил приключиться с ними такому несчастию – Павлину во спасение души, а царице в наказание» за то, что она вместе с супругом принудила св. Пульхерию удалиться из дворца. Впоследствии Евдокия раскаялась в своей вражде к св. Пульхерии и в знак примирения преподнесла ей икону Матери Божией, написанную, по преданию, св. евангелистом Лукой. Евдокия была похоронена в базилике св. Стефана, построенной на ее средства
894.

Маркиан (450–457). Память 17 февраля. Супруг св. Пульхерии, старшей сестры св. Феодосия II. Святитель Димитрий Ростовский в житии св. Пульхерии рассказывает, что он был военачальником, отличался благочестием и дал обет девства, который соблюдался и в браке со св. Пульхерией. При св. Маркиане и св. Пульхерии был созван Четвертый Вселенский Собор (Халкидон, 451 г.) и подписан знаменитый Халкидонский орос.

Императрица Ирина (память 7 августа, регентша с 780, царствовала 797–802) была супругой императора – иконоборца Льва Хазара. Вместе со св. патриархои Тарасием она подготовила созыв Седьмого Вселенского Собора (787). Преподобного Феодора Студита св. Ирина назначила игуменом разоренного иконоборцами Студийского монастыря, вскоре ставшего одной из самых значительных обителей империи. В 802 году она была свергнута и сослана в монастырь на о. Лесбос. Проведя год в монашеских подвигах, св. Ирина почила в августе 803 г. и вскоре после смерти была канонизирована.

Царица Феодора (память 11 февраля) супруга императора – иконоборца Феофила (829–842)
895, ставшая после его смерти регентшей при малолетнем сыне Михаиле (842–855). Св. Феодора восстановила на престоле изгнанного супругом Патриарха – исповедника Мефодия и окончательно утвердила иконопочитание. В первое воскресенье Великого поста, 11 марта 843 г., было совершено празднование Торжества Православия, которое с тех пор ежегодно отмечается Церковью, приобретя широкий характер торжества над всеми ересями. В 855 году она была свергнута своим 16-летним сыном и вместе с дочерьми заключена в монастырь, где и окончила свои дни
896.

Царица Феофания, первая жена императора Льва Мудрого (866–911), еще при жизни почиталась своим супругом за добродетельную жизнь. Она спала на рогоже рядом с роскошной постелью, под царскими одеждами носила власяницу, творила много милостыни. Святитель Димитрий Ростовский
897 сообщает, что император Лев еще при жизни стал строить храм в ее честь. Св. Феофания категорически воспротивилась этому, и тогда храм был переименован в честь Всех святых. После смерти Феофании Лев Мудрый, естественно, в совете с Церковью, установил празднование памяти всех святых в следующее воскресенье после Пятидесятницы. По мнению Льва, если Феофания святая, то в этот день будет праздноваться и ее память. Об этом говорится и в синаксаре Недели Всех святых (Цветная Триодь).

Ирина (память 13 августа.
1124). Об этой святой известно, что она была супругой императора Иоанна Комнина (1118–1143), что в иночестве ее звали Ксения и что она создала монастырь Вседержителя в Константинополе
898.

Лекция о святости и Святых

Христиан, благочестно поживших в миру, но не принадлежащих к числу благоверных или юродивых, обычно канонизируют как
праведных (праведный Иов Многострадальный, праведные Симеон Богоприимец, Иоаким и Анна, праведная Иулиания Лазаревская, праведный Феодор Ушаков, праведный Иоанн Русский, праведный Иоанн Кронштадтский).

Рассматривая жития византийских святых мирян, можно выделить несколько путей к святости, несколько видов подвига в миру.

Прежде всего, это обильная
милостыня. Добродетель милосердия, приобретаемая через подаяние
вещественной милостыни, является, по учению святых отцов, преимущественно принадлежностью подвига благочестия в миру. Иноку, давшему обет нестяжания и «ничего не имеющему на земле», «не поставлено в обязанность подавать милостыню». «Но кто занят делами житейскими, собственными руками работает и сам берет у других, тот обязан подавать милостыню» (св. Исаак Сирин, Слово 14)
869. За этот подвиг прославлен такой известный святой, как
Филарет Милостивый.870История св.
Петра Мытаря свидетельствует, что милостыня, даже данная с гневом, может оправдать человека перед Богом. Интересно, что житие этого святого написал святитель
Иоанн Милостивый, Александрийский патриарх (память 12 ноября ст. ст.), который сам прославился своей необычайной щедростью и милосердием.
См. Приложение к теме 6.

Одной из составляющих милосердия к ближнему является самоотверженное служение больным. За подвиг безвозмездного оказания врачебной помощи христиане прославляются как
бессребреники (безмездные врачи).

Исцеляя телесные болезни, святые бессребренники увещевали страждущих вести добродетельную жизнь, неверующих обращали ко Христу. Успех их врачебного искусства был делом благодати Божией. Святые целители это знали и потому не брали награды за свои труды по заповеди Спасителя:
«туне приясте, туне дадите» (Мф.10:8). Через любовь к ближним они выражали свою любовь к Богу и трудились для прославления имени Господа, даровавшего им силу врачевать недуги. Добродетельную жизнь безмездных целителей Бог нередко увенчивал мученической кончиной.

Наиболее известными святыми бессребрениками являются братья
Косма и
Дамиан Ассийские (память 1 ноября ст. ст.), жившие в Малой Азии не позднее IV века. Об их нестяжательности свидетельствует такой случай. Исцеленная святыми братьями женщина тайком уговорила Дамиана, заклиная его Богом, взять в награду три яйца во имя Святой Троицы. Святой Косма, узнав об этом, завещал не погребать его вместе с Дамианом. Но когда оба брата почили в мире, Бог чудесным образом известил похоронить их вместе, потому что Дамиан взял дар не как награду, но ради имени Божия.

Церковь почитает еще две пары святых братьев бессребреников с такими же именами:
Косму
и
Дамиана Римских (память 1 июля ст. ст.) и
Косму и
Дамиана Аравийских (Киликийских) (память 17 октября ст. ст.).

Косма и
Дамиан Римские жили в III веке. Они прославлены как мученики, хотя их кончина была кончиной страстотерпцев. Святые братья исповедали верность Христу во время гонений при допросе у имп. Карина (283–285), были отпущены с честью после исцеления императора от внезапной болезни и вскоре убиты из зависти своим учителем – врачом (он позвал их в горы собирать лечебные травы и побил камнями сначала одного, потом другого).

О
Косме и Дамиане Аравийских известно совсем немного: что они родом из Аравии, что были искусными врачами, но исцеляли не столько своим умением, сколько силою Христовой и прославились всюду своим учением и чудесами. Братья были казнены за исповедание христианства в конце III века при Диоклетиане и Максимиане и прославлены Церковью как мученики и безмездные врачи.

Еще одна пара святых врачей – бессребреников – это
Кир и
Иоанн (память 31 января ст. ст.).

Святой Кир был знаменитым врачом в Александрии. Во время гонения Диоклитиана (284–305) он удалился в Аравийскую пустыню, где принял иночество, и продолжал там лечить людей своей молитвой. Воин
Иоанн, услышав о святом Кире, пришел в Аравию и стал его верным последователем. В Египте, в городе Канопе, была схвачена христианка Афанасия с тремя юными дочерьми 15 лет, 13 лет и 11 лет. Святые Кир и Иоанн, опасаясь, как бы страх перед мучениями не заставил их отречься от Христа, посетили исповедниц в темнице, чтобы укрепить их перед предстоявшим подвигом. Правитель города схватил святых Кира и Иоанна и предал их пыткам на глазах Афанасии и ее дочерей. Исповедницы так же стойко перенесли все мучения и были обезглавлены. Вслед за ними на том же месте казнили святых бессребреников Кира и Иоанна †311).

Требуя в награду только веру во Христа, безмездно исцеляли больных великомученик и целитель
Пантелеймон, мученики
Трифон и
Орест Таинский.

За подвиг христианского милосердия к недугующим и страждущим прославлен
Сампсон странноприимец (27 июня/10 июля). Он жил при имп. Юстиниане, был родом из богатой римской семьи, получил хорошее образование, особенно основательно изучил врачебное искусство, причем изучил с одной только целью – послужить ближнему. После смерти родителей Сампсон раздал наследство нуждающимся, отпустил всех рабов на свободу и ушел в пустыню. Однако вскоре Бог призвал его на другой подвиг: он поселился в небольшом доме в Константинополе и стал принимать странников, больных, нищих. Когда Сампсон исцелил от тяжелой болезни императора Юстиниана (527–565), он, отказавшись от богатых даров, просил построить странноприимный дом с больницей. Император выполнил просьбу святого и назначил этим учреждениям необходимое содержание. Святой безболезненно почил в глубокой старости ок. 530 г., к его гробнице стекалось множество болящих в надежде на его предстательство пред Господом.

Служение св. Сампсона в XX веке повторила святая мученица
Великая княгиня Елизавета, основавшая в Москве Марфо-Мариинскую обитель, в которой была бесплатная больница, приют, курсы для сестер милосердия, библиотека и др. Уход за больными, забота о нищих и бездомных в обители были соединены с назиданием их в вере и добродетели.

Еще один подвиг мирянина – это православное воспитание детей, которое, конечно, немыслимо без личного благочестия. В лике святых прославлены христиане, давшие миру великих святителей, мучеников, преподобных.

Напомним их имена. Это мать свт. Григория Богослова св.
Нонна; бабушка свт. Василия Великого св.
Макрина (исповедница веры) и его мать
Эмилия; мать свт. Григория ДвоесловаСильвия; блж.
Моника, мать блж. Августина; мать прп. Симеона Дивногорца св.
Марфа; мать вмч. Пантелеймона св.
Еввула; родители мученика Конона, современники апостолов
Нада и
Нестор; мать святых бессребреников Космы и Дамиана Ассийских
Феодотия; родители преподобного Сергия Радонежского
Кирилл и
Мария.

Святые отцы придают огромное значение воспитанию детей в духе христианства, ставя это дело мирянина в прямую связь с его собственным спасением. «Если рождаемые тобою дети получат надлежащее воспитание и твоим попечением наставлены будут в добродетели, – пишет свт. Иоанн Златоуст,– то это будет началом и основанием твоему спасению, и, кроме награды за свои собственные добрые дела, ты получишь великую награду и за их воспитание»
871. «Какое неизъяснимое горе, – говорит свт. Игнатий Брянчанинов, – обымет на Страшном Суде Христовом тех родителей, которых гневно и грозно обличит и осудит нелицеприятный Судия за принесение чад их в жертву миродержцу! Какая ни с чем не сравнимая радость обымет тех родителей, которых этот Судия благословит и восхвалит за принесение чад в жертву Богу, за приготовление их в жители светлого рая!»
872.

Родительский подвиг особой силы и тяжести – вымолить своих детей, отпавших от веры и ведущих греховную жизнь. Пример этого подвига видим в жизненном пути блж.
Моники, матери блж.
Августина. Как известно, блж. Августин до своего крещения в 33-летнем возрасте вел распущенную греховную жизнь, увлекался нехристианскими и еретическими учениями. И все это время блж. Моника не переставала за него молиться. Известен ответ свт. Амвросия Медиоланского, видевшего ее скорбь и молитвенные труды: «Не может погибнуть дитя стольких слез». И ее сын не погиб. Он принял Святое Крещение и потом около 43 лет трудился для блага Церкви. Напоминание о подвиге блж. Моники встречаем у русских святых XIX века, в письмах, адресованных матерям, скорбящим о неверии детей. «Вспомните, из какой глубины зла извлекла блаженного Августина молитва благочестивой его матери», – напоминает прп. Амвросий Оптинский
873. «Поминайте матерь блаженного Августина, – пишет свт. Феофан Затворник. – Плакала-плакала, молилась-молилась! И вымолила, и выплакала, что Августин опомнился – и стал, как следует быть»
874.

Среди святых мирян, имена которых находятся в славянских печатных святцах есть благочестивые
воины: Иоанн Воин и
Михаил Болгарин воин.
Об Иоанне Воине говорилось в разделе, посвященном истории гонений на христиан. Его подвиг близок к подвигу исповедников (при Юлиане он был заключен в темницу за тайную помощь христианам, а после смерти императора прожил оставшуюся жизнь чисто и богобоязненно). А вот в жизненном пути другого воина –
Михаила Болгарина, со всей ясностью проступают новые черты святости, характерные именно для воинского служения: доблесть в бою, укрепляемая верой и упованием на Бога, и защита граждан в мирное время.
См. Приложение к теме 6.

В списке святых мирян есть диакониссы: современница свт. Иоанна Златоуста
Олимпиада Цареградская (†410),
Поплия Антиохийская (жила при Юлиане Отступнике, IV в.) и
Феозва, сестра свт. Григория Нисского (IV в.).

Путь к святости этой группы святых мирян напрямую связан с их служением. В диакониссы избирались благочестивые девы и вдовы в возрасте не моложе 40 лет, после очень тщательного испытания их жизни. Диакониссы принадлежали к клиру и на свое служение поставлялись молитвой с возложением рук епископа (хиротесией). Хотя диакониссы не были монахинями, они давали строгий обет безбрачия, который должны были хранить до самой смерти. В обязанности диаконисc входила подготовка женщин к Крещению, помощь священнику при совершении Таинств над ними, посещение домов женщин для назидания и пр., то есть они служили посредницами между женщинами и священнослужителями
875. Святые диакониссы известны также своими делами милосердия – обильной милостыней, ревностной заботой об обездоленных, больных, странниках. Путь к святости для диакониссы, таким образом, объединял в себе два подвига – подвиг иноческий с его обетом безбрачия, со всецелой преданностью Богу и Церкви, и подвиг мирянина, посвятившего себя «внешнему» служению милосердия, «вещественной милостыне». Для диаконисc из вдов добавляется еще один «мирской» подвиг, еще одно обязательное условие для вступления в служение диакониссы – благочестивое супружество (и воспитание детей) в единственном браке.
См. Приложение к теме 6.

Анализ житий русских святых дает нам еще несколько типов подвига в миру. Один из них назван Г. Федотовым
социальным опрощением. Так спасался св.
Симеон Верхотурский (†1642). Таков подвиг местночтимого в лике Сибирских святых прав.
Феодора Томского, известного под именем «старца Федора Кузьмича».
См. Приложение к теме 6.

Еще один замечательный образец святости в миру – св. прав.
Иулиания Лазаревская (†1604), многодетная мать, молитвенница и постница, известная своим необычайным милосердием к нуждающимся. Смиренная красота подвига праведной Иулиании показывает, как глубоко Евангелие могло войти в жизнь древнерусского человека и преобразить всю его личность. Хотя Иулиания прошла через суровую аскезу и мечтала о монашестве, но, тем не менее, осталась верной своему христианскому призванию – служению деятельной христианской любви.
См. Приложение к теме 6.

Подвиг святости священников
876 – это продолжение их ежедневного пастырского служения, доведение его до полного самоотречения, это подвиг любви к своей пастве и подражания в этом Христу. Пастырское служение проходит в миру, где, в отличие от монастыря, священника окружают не одни единомышленники, посвятившие свою жизнь Христу, но самые разные люди: теплохладные и ревностные, опытные и неофиты, верующие и неверующие. Жизнь священника протекает в разнообразных житейских попечениях, в которых он должен сохранять молитвенный настрой и мирный дух.

Предлагаем ознакомиться:  На какой палец и руку надевают обручальное кольцо в разных странах

В этих непростых условиях пастырь приводит духовных овец ко Христу, оберегает их, окормляет и молитвенно предстоит за них. Сама пастырская деятельность объединяет в себе и духовничество, и миссионерство, а зачастую и исповедничество.

Знаменитый пастырь, проповедник и чудотворец прав.
Иоанн Кронштадтский
(1829–1908, память 20 декабря ст. ст.) недаром назывался в народе «Всероссийским батюшкой». Его пастырское служение, помимо ежедневного предстояния пред Престолом, состояло и в многочисленных и успешных благотворительных предприятиях. После своего рукоположения отец Иоанн начинает неустанную проповедь в храме и в частных домах, преподает в гимназии, учреждает в Кронштадте «Дом трудолюбия» для бедняков, «Иоанно-Предтеченское братство трезвости». Им была основана женская монашеская община, которая позже была преобразована в Сурский Иоанно-Богословский общежительный женский монастырь. Слава о нем как о знаменитом пастыре и чудотворце распространилась по всей Русской земле, и в Кронштадт стекались десятки тысяч богомольцев.

Почти ежедневно отец Иоанн совершал Божественную Литургию, призывая свою паству как можно чаще причащаться Святых Христовых Таин. Его имя стало известным и уважаемым в православном мире также благодаря изданию его духовных дневников (наиболее известна его книга «Моя жизнь во Христе»). Св. прав. Иоанн Кронштадтский канонизирован в 1990 г.

Другой знаменитый московский пастырь святой праведный
Алексий (Мечев)
(1859–1923, память 9 июня ст. ст.) подвизался в центре Москвы, в храме святителя Николая в Кленниках. Пройдя искус служения псаломщиком в Знаменской церкви Пречистенского благочиния, где с ним зачастую очень грубо обращались, о. Алексий был рукоположен и начал свое служение Никольском храме, где в то время был очень небольшой приход. Он ввел ежедневное богослужение и 8 лет служил в пустом храме почти в одиночестве. Но постепенно скорбящие и обремененные горестями люди потянулись в этот храм, от них и пошла молва про его доброго настоятеля. Отец Алексий имел дар прозорливости, который сочетался у него со смирением и кротостью. Познав личное горе, связанное с кончиной горячо любимой супруги, он получил благодать и опыт утешения всех приходящих к нему со своими бедами и житейскими проблемами. Он способствовал возрождению древнерусской иконописи, благословив на писание икон свою духовную дочь Марию Николаевну Соколову (впоследствии монахиня Иулиания). Истинными духовными друзьями отца Алексия были Оптинские старцы иеросхимонах прп. Анатолий (Потапов), игумен Феодосий. Святой праведный Алексий Мечев прославлен на Архиерейском Соборе 2000 года.

К лику святых причислен и еще один священник XX века – праведный
Иона (Атаманский) (1855–1924, память 17 мая ст. ст.), настоятель портовой Свято-Никольской церкви в Одессе. Его духовная жизнь была настолько высока, что киевские подвижники того времени говорили о нем, белом священнике, имеющем детей и внуков: «Мы, монахи, его не стоим». Когда из Одессы верующие приезжали к святому праведному Иоанну Кронштадтскому, тот говорил им: «Зачем вы трудитесь приезжать ко мне{q} У вас есть свой Иоанн Кронштадтский – отец Иона». В Одессе его называют «человеком – легендой».

Служение о. Ионы выпало на тяжелое время – русско-японская война, восстание на броненосце «Потемкин», революция, Гражданская война, автокефальный и обновленческий расколы, гонения на Церковь. В это время праведный Иона творил чудеса, достойные древних святых: изгонял бесов, исцелял больных, непостижимым образом являлся вне тела в Благовещенском монастыре под Одессой, предсказывая мученическую кончину 200 сестрам этой обители. За свою борьбу с духами злобы он терпел тяжелые скорби и раздоры в семье, несчастья с детьми
877.

Одесские моряки старались не выходить в море без благословения о. Ионы. В 1905 году во время бунта на броненосце «Потемкин» прот. Иона уговорил городские власти разрешить отпевание зачинщика восстания, матроса Г. Валенчука, что предотвратило дальнейший обстрел города и Спасо-Преображенского собора из бортовых орудий корабля.

В период распространения властями обновленчества храм, где служил прот. Иона, был единственным православным храмом в городе. Во время кампании по ликвидации церковных ценностей о. Иона был арестован, но был выпущен по требованию горожан и вскоре скончался от тяжелой болезни. В последний путь, несмотря на противодействие властей, его провожали огромные толпы народа
878.

Прот. Иона Атаманский канонизирован в 1996 году решением Синода Украинской Православной Церкви Московского Патриархата.

Эти пастыри показали миру пример смирения и любви и привели ко Христу огромное множество людей. Личной святости они достигли в служении людям и полном самоотречении. Их жизнь показывает, как можно в миру угодить Богу и достигнуть святости через заботу о ближних и мирскую деятельность, если ей сопутствуют молитва и истинная любовь к ближним.

1 февраля 1864 года в Томске умер старец Феодор Кузьмич, позднее причисленный к лику сибирских местночтимых святых, память которого Церковь отмечает 2 февраля.

Этот человек, при жизни окруженный тайной, и после смерти остался загадкой, пред которой, как заметил писатель Сергей Елпатьевский, много людей останавливалось и которую никто не мог разрешить.

Народная молва отождествляла Феодора Кузьмича с императором Александром I, внезапная смерть которого породила немало слухов и домыслов. Подчеркиваем: именно молва, поскольку сам старец это отвергал начисто; самозванцем, которых знала немало российская история, он не был.

Рассказы о появлении Феодора Кузьмича в Сибири, рознясь в небольших деталях, сводятся к одному: объявился он, словно из небытия, ранней осенью 1836 года, близ города Красноуфимска Пермской губернии. На расспросы отвечал уклончиво, чем вызвал подозрения и потому был задержан. При допросе в Красноуфимском уездном суде он назвал себя Феодором Кузьмичом, а от дальнейших показаний отказался, объявил себя непомнящим родства бродягою, за что и был арестован, наказан двадцатью ударами плетей и выслан в Сибирь, в Томскую губернию, близ Ачинска, и приписан к деревне Зерцалы Боготольской волости Ачинского (впоследствии Мариинского) уезда, куда и прибыл 26 марта 1837 года.

Во время следования этапным порядком Феодор Кузьмич своим поведением, услужливой заботливостью о слабых и больных, теплыми беседами и утешениями расположил к себе не только арестантов, но и конвоиров. По прибытии в Сибирь Феодор Кузьмич был помещен на Краснореченский винокуренный завод, где прожил около пяти лет. На принудительных работах его по старости лет не занимали, в передвижениях не ограничивали.

По собственному почину или по приглашению Феодор Кузьмич ходил от деревни к деревне, учил крестьянских детей грамоте, знакомил со Священным Писанием, с географией и историей. Взрослых он увлекал религиозными беседами, занимательными рассказами из событий отечественной истории, в особенности о военных походах и сражениях, причем вдавался иногда в такие мелкие подробности, как например, в эпизоды войны 1812 года, которые мог припомнить только очевидец. Кроме того, он обнаруживал немалое знание крестьянской жизни, давал ценные советы по устройству огородов, в выборе семян и сроков сева.

Где бы ни жил Феодор Кузьмич – в келейке, построенной для него казаком Симеоном Сидоровым в Белоярской станице, у богатого краснореченского крестьянина Ивана Латышева в деревне Коробейниковой, у томского купца Семена Хромова, – везде находили его люди. Феодор Кузьмич принимал всех приходящих к нему за советами, денег никогда ни от кого не брал, но от приносимого угощения не отказывался. Посещал старца не только простой люд. По мере того как слава о нем разносилась по городам и весям, к нему приезжали высокопоставленные лица. Петербургский профессор К. В. Кудряшов, который провел документальное исследование жизни старца, утверждает, что Феодора Кузьмича посещали епископ Иннокентий Камчатский; Афанасий, епископ Иркутский; Парфений, епископ Томский; советник Томского губернского суда Л. И. Савостин и другие.

Загадочная личность старца не раз побуждала его почитателей к нескромному любопытству. Однако он от ответов уклонялся. На просьбу назвать имена его родителей, чтобы помолиться о них, говорил: «Это тебе знать не нужно: Святая Церковь за них молится…»

Кто и когда впервые «открыл», что старец есть ушедший в мир Александр I, неясно. Существует несколько версий. Наиболее часто утверждается, что «опознала» императора крестьянка Александра Никифоровна, которая была весьма дружна со старцем и по его настоянию, будучи двадцати двух лет от роду, предприняла поездку на богомолье. Она побывала в Почаевском монастыре, в Кременчуге, где в доме графа Остен-Сакена была представлена Николаю I, видела портрет Александра. Вернувшись в Сибирь, Александра вроде и воскликнула: «Батюшка Федор Кузьмич, как вы на императора Александра Павловича похожи!» Старец в лице переменился, строго спросил: «Почем знаешь{q}» – «Портрет у графа видела», – ответила Александра. На это старец ничего не сказал, сразу ушел в другую комнату…

Так это было или нет, но слух о тождестве томского старца и Александра I был настолько стоек, что местные власти вынуждены были опровергать его в печати. Настойчивое отрицание порождало еще большую веру в достоверность легенды, которая без всякого участия в том старца обрастала все новыми деталями, в которых правда и вымысел переплетаются так тесно, что развести их невозможно. И в Сибири, и в столицах ходили по рукам рукописные «списки» и печатные издания неизвестных авторов, гле рассказывалось о том, что Александр, мучившийся грехом отцеубийства (знал о заговоре против отца, императора Павла, и не решился помешать ему), давно хотел уйти «в народ», но все мешали обстоятельства. И только когда положение России упрочилось, был разбит Наполеон, наладилась жизнь в стране, исполнил свое заветное желание – поселиться среди простого люда, разделить с ним его горести и радости. В противовес этим утверждениям публиковались записки придворных, описывающие последние дни и часы Александра в Таганроге, и даже протокол о вскрытии тела…

Тайна, окутывавшая происхождение старца, конечно же, помогала домысливать желаемое. Но если судить по воспоминаниям современников, не за принадлежность к царскому роду любили и ценили Феодора Кузьмича. Простой в общении, хотя все манеры обличали в нем человека образованного и воспитанного, старец вел жизнь подвижника. Вставал очень рано и все свободное время посвящал молитве, строго соблюдал посты, но не рисовался этим. Почитатели Феодора Кузьмича почти ежедневно приносили ему пищу, а по праздникам заваливали пирогами, шаньгами и прочим. Старец охотно принимал все это, но, отведав немного, оставлял, как он выражался, «для гостей», и раздавал затем заходившим к нему странникам.

Во время проживания в селах Феодор Кузьмич аккуратно посещал церковные службы, становился всегда в стороне, поближе к двери. В Томске он часто ходил в праздничные дни в домовую архиерейскую церковь (в ограде мужского монастыря). Преосвященный Парфений как-то предложил старцу становиться в моленной комнате епископа, рядом с алтарем, но Феодор Кузьмич отказался от такой чести. Бывая в разных храмах, старец никогда не причащался, чем вызвал одно время обвинения в сектантстве. Впоследствии же выяснилось, что у него был постоянный духовник – протоиерей красноярской кладбищенской церкви отец Петр Попов, который и причащал старца.

В январе 1864 года старец занемог, и 20 числа (по старому стилю) мирно отошел ко Господу. Похоронили Феодора Кузьмича на кладбище Томского Богородице-Алексеевского мужского монастыря, что свидетельствовало о признании Церковью его подвижнических заслуг. В 1903 году настоятель монастыря архимандрит Иона благословил постройку часовни на могиле старца. Пожертвования собирали в Томске и близлежащих селах – отказа ни от кого не было. А когда начали рыть фундамент под часовню, частично вскрылась могила старца. Как засвидетельствовано настоятелем монастыря в присутствии подрядчика И. Леднева и архитектора В. Ф. Оржешко, мощи старца оказались нетленны…

В 1984 году по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Пимена в связи с подготовкой к празднованию 1000-летия Крещения Руси было установлено празднование в честь Собора сибирских святых, прославивших этот суровый край святостью своей жизни и трудами на благо Церкви и Отечества. Среди подвижников веры и благочестия, в земле Сибирской просиявших, отмечен и праведный Феодор Кузьмич Томский.

(память 2 января ст. ст.)

Повесть о Иулиании Лазаревской (или Муромской) представляет собой биографические записки, составленные ее сыном Дружиной Осорьиным. Это единственная биография древнерусской женщины. Повесть замечательна своей правдивостью, простотой и богатством бытового содержания.

Иулиания (Ульяна Устиновна), из муромского дворянского рода, оставшись сиротой в шестилетнем возрасте, была воспитана состоятельными родственниками. Уже в детские годы она терпела от них насмешки за свою молитву и постничество. Тихая и послушливая, Иулиания не любила детских игр, но за пряжей и пяльцами «не угасаша свеща ее вся нощи». Уже тогда она помогала сиротам и нуждающимся. Шестнадцати лет Иулиания вышла замуж за зажиточного дворянина Георгия Осорьина (Осоргина) и жила с ним в селе Лазаревском недалеко от Мурома. Она была покорна свекру и свекрови, которые передали ей все хозяйственные заботы по дому. Она давала слугам работу, но не принимала от них никаких личных услуг: не позволяла ни снимать обуви, ни подавать воды для умывания. Неразумных слуг учила кротостью, а не наказанием. Вечером и утром совершала по 100 поклонов за молитвой с мужем. Она не имела права распоряжаться имуществом и подавала милостыню только из своего рукоделия; кормила вдов и сирот.

Во время голода и моровой язвы, еще при Грозном, она хитростью выпрашивала у свекрови пищу, будто на завтрак и полдник для себя, и раздавала все голодным. Хоронила умерших, заказывала по ним сорокоусты. Заразных больных, которых все сторонились, тайно от свекра и свекрови своими руками мыла в бане.

Иулиания думала о монастыре, но муж не отпустил ее, освободив лишь от обязанностей супружества. Она спала на печке, подложив под ребра поленья да ключи. Ночи проводила за молитвой, а утром спешила в церковь. Когда муж умер, Иулиания раздала все деньги, и ей приходилось еще занимать, чтобы подавать нищим. Выпрашивая у детей денег якобы себе на теплую одежду, она сама ходила без шубы и надевала обувь на босу ногу, подкладывая в сапоги вместо стелек орехи и острые черепки. В эти годы ее благочестие приняло более монашеский характер. Она непрестанно – даже во сне – творила молитву Иисусову.

Когда снова настали голодные годы (1601–1602) при царе Борисе, каких давно не бывало на Руси, она распродала весь скот, одежду и посуду для голодных и дошла сама до последней нищеты. Тогда ей пришлось переселиться в свою Нижегородскую вотчину, где, может быть, голод менее свирепствовал, и отпустить на волю своих рабов, которых нечем было кормить. Некоторые из них, впрочем, остались и собирали для своей госпожи лебеду и древесную кору. Из этих суррогатов она пекла хлеб, кормилась сама с детьми и слугами, питала и захожих нищих, которых в то время было «без числа». Соседи говорили им с укоризной: «Что вы ходите к ней в дом{q} Она сама помирает с голоду». Но нищие уверяли, что нигде они не едали такого сладкого хлеба, как у этой вдовы. Брали у нее и соседи для пробы ее хлеба из лебеды и удивлялись: «Горазды рабы ее печь хлебы». Так через пять веков Иулиания Осорьина повторила подвиг печерского инока Прохора Лебедника.

Она умерла через несколько лет, когда ей было около 70 лет. Перед смертью призналась, что давно желала ангельского образа, но не сподобилась его ради грехов своих. Скончалась св. Иулиания 10 января 1604 года. Прощавшиеся с ней видели над головой ее золотой круг, «яко же на иконах пишется».

Через 10 лет ее могилу нашли полной мира. Этим миром, а когда оно исчерпалось, то перстью из гроба, мазались больные и получали облегчение. Семейное и народное почитание Иулиании началось, таким образом, через 10 лет по ее кончине, но церковного «свидетельства», законно предшествующего канонизации, не было – до наших дней. Св. Иулиания не дождалась торжественной канонизации, но имя ее (как и имя Нила Сорского) внесено в «Верный Месяцеслов» 1903 г.
906.

Юродивые

«Юродивый — это человек, который добровольно избирает путь сокрытия своих способностей, притворяется лишенным добродетелей и обличает мир в отсутствии этих самых добродетелей, — такое определение предлагает Андрей Виноградов, кандидат исторических наук, доцент Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета.

— Иногда их называли блаженными. В современном употреблении некоторых терминов, связанных с этим ликом святости, существует неясность. Часто мы именуем “блаженными” подвижников, не имевших опыта обличения мира. Почему{q} Во многом это результат католического влияния. Для Католической Церкви блаженный — это низший ранг святости.

С этим и связано то, что в нашей Церкви блаженными иногда называются подвижники, чей подвиг принадлежит к нетипичному, “периферийному” типу. На Востоке термин “блаженный”, то есть “макариос”, традиционно употреблялся как полный синоним слова “святой”. Но в первые века большинство святых были или мучениками, или апостолами.

Виды святых в православии

Святая Блаженная Ксения Петербургская

Со временем количество “типов” выросло: с четвертого века появились святые (блаженные) монахи — “преподобные”, святые епископы — “святители”. И в это время термин “блаженный” начинает прилагаться к каким-то необычным типам святости, как, например, юродство. Блаженными называются и “Божии люди”, которые ведут похожую с юродивыми жизнь, но чей подвиг не вполне равен подвигу юродивого».

Подвиг юродивого, в отличие от «Божьего человека», имеет яркую социальную направленность. «Он не просто скрывает от мира свои дарования (как Алексий Человек Божий, чье византийское житие широко известно), но притворяется безумным, “буйным” — отсюда и греческий термин “салос”, которым называют юродивых (по древнеславянски — уродивый или урод).

Этот термин происходит от глагола “салеуо” — “колебаться, качаться”. “Салос” — человек помешанный, человек, который ведет себя неадекватно, — продолжает Андрей Виноградов. — По средствам мнимого безумия юродивый обличает мир в его грехах, пытается его наставить на путь исправления. Юродство внутренне связанно с подвигом “человека Божия”, типологически это близкие лики святых, и отличает их только элемент обличения, направленность подвига юродивого вовне».

Юродство – это один из совершенно особых путей к святости. По определению проф. Голубинского, «юродство состояло в том, что человек притворно делался дураком и безумцем для Господа, чтобы терпеть от людей поношения и укоризны и с дерзновением обличать их». Юродивый по-гречески σαλός, что значит глупец, человек с поврежденной головой, сумасшедший. В славянских книгах относительно юродивых употребляются выражения «похаб» и «похабство»: «похаба себе сотвори», «Христа ради похабство»
850.

Юродство как вид аскетического подвижничества возникло в среде восточного монашества около V в. К VI–VII вв. оно оформилось как особый вид подвига, особый путь к святости.

Первые упоминания о юродстве находим у прп. Ефрема Сирина, посещавшего пустыни Египта в 371 г.
851, и в «Лавсаике» епископа Елеонопольского Палладия (420 г., главы «О юродивой девственнице» и «О Питириме»). Епископ Палладий рассказывает о монахине одного из египетских монастырей
Исидоре, которая делала вид, что она безумна и одержима бесами. Она жила обособленно, выполняла всю грязную работу, монахини всячески оскорбляли ее, и лишь позднее обнаружилась ее святость. Евагрий (†600 г.) рассказывает в своей «Церковной истории» об аскетах, которые питались травами и растениями. Эти подвижники вернулись из пустыни в мир и там продолжали аскетический подвиг – ходили в одних набедренных повязках, постились и притворялись безумными. Их поведение было исполнено соблазна. Это демонстрировало то совершенное бесстрастие, ту неподверженность соблазнам, которых они достигли своим аскетическим подвигом. Из этой среды, согласно упоминавшемуся выше житию, написанному Леонтием Неаполитанским (середина VII в.), выходит
Симеон, юродивый из
Эмесы в Сирии, который, прикрываясь безумием, обличал грешников, творил чудеса. После его кончины жители Эмесы убедились в его святости
852.

В подвиге юродства видят высшее осуществление того противопоставления мудрости века сего и веры во Христа, о котором говорил апостол Павел:
«Никто не обольщай самого себя: если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным (слав.:
буй да бывает), чтобы быть мудрым. Ибо мудрость мира сего есть безумие (слав.:
буйство) пред Богом, как написано: уловляет мудрых в лукавстве их» (1Кор.3:18–19).
«Мы безумны Христа ради»(1Кор.4:10).

Святитель Феофан Затворник так объясняет эти слова: «Мудрец, имея свое мировоззрение, ставит себя в этом мире на высоту и в устроении своей участи, своего бьгга, в ведении своих дел руководствуется только своими собственными соображениями, не сознавая нисколько нужды в высшей помощи… Несмотря на то, что житейская его мудрость и сумма познаний очень ограничены, он всегда высоко ставит себя по мудрости и находится потому в прелести, так как считает себя имеющим то, чего нет. Разсеявая эту прелесть, Апостол и говорит: всякий такой
«буй да бывает», т.е. прежде всего пусть познает сам себя, что не имеет никакой мудрости, потом и самую мнимую мудрость пусть признает не мудростию, а пустым призраком мудрости, затем пусть примет учение и образ жизни такие, которые и сам он прежде считал буйством»
853. Этим буйством, безумием для мира является, по толкованию блж. Феодорита, тайна Креста. Мудрости человеческой казалось, что Крест – свидетельство немощи, и веровать в него – неразумие, а на самом деле было совсем по-другому: верующие в него исполнялись силою и премудростию
854.

Однако Священное Писание нигде не требует отрекаться от своего разума – самого высокого и ценного достояния человека, в той степени, как это видим у святых юродивых. Отказаться от доверия к своему разуму Апостол призывает настолько, насколько это нужно для спасения. Для чего же юродивые совершали отречение от своего ума намного больше, до уровня психически больных людей{q} Ответ на этот вопрос нужно искать в мотивах принятия христианами этого подвига. А главной побудительной причиной вступления в подвиг юродства является стремление к нравственному совершенству, желание во всей полноте исполнить заповеди Божии из любви к Богу. Притворное безумие юродивых является средством уничтожения в себе самих самого опасного греха – гордости. Принявший этот подвиг «должен побороть самого себя, искоренив из своего сердца трудно искоренимое, самое живучее чувство в душе человека – самолюбие. Много может перенести человек, но с оскорблением своего самолюбия ему трудно смириться… Сокрушить этого непримиримого врага и стремились свв. юродивые смирением, которое было непременным спутником всей их жизни и которое составляло цель и конец их уподобления Иисусу Христу». Так объясняет цель подвига юродивых иеромонах Алексий (Кузнецов)
855.

Смирение юродивых побуждает их скрывать свои подвиги и ночные молитвы демонстративно неблагочестивым поведением днем. Их благодатные дары – пророчества, исцелений и пр. – также укрыты покровом безумия.

Предлагаем ознакомиться:  Как избавиться от приворота православие

Важнейшей стороной подвига юродства является его
социальная направленность. Хотя своим появлением оно и обязано монашеству, юродствовать, по словам проф. Голубинского, можно только в миру
856.

Общественное служение юродивых является вершиной их подвига. Этот род служения предполагает, что подвижник уже достиг такого уровня духовной зрелости, какой дает ему способность наставлять других. Юродивые совершали свое служение на глазах у всех и жили преимущественно в больших городах:
Андрей Юродивый в Константинополе,
Симеон – в Эмесе,
Василий Блаженный и
Иоанн Большой Колпак – в Москве,
Ксения Блаженная – в Петербурге,
Лаврентий Калужский – в Калуге,
Прокопий Устюжский – в Устюге и пр. Внешний образ их жизни, странные для других поступки и действия – все это совершалось с благой цепью так или иначе подействовать на других.

Авторитет юродивых в обществе главным образом опирался на их необыкновенные духовные дарования – прозорливость, чудеса и силу молитвы. Часто глас юродивого был гласом Божиим. Юродивые обличали, угрожали наказанием, и угроза сбывалась, или, наоборот, по просьбе жителей своей молитвой они отвращали грядущую беду. Они были проповедниками покаяния, но никогда не осуждали грешников, кротостью или грозным обличением стремились вразумить падших. Движимые любовью к ближнему, главной целью своего подвига они ставили спасение других. О многих юродивых известно, что они с этой целью часто посещали кабаки, тюрьмы, падших женщин. Любовь к ближнему проявлялась у юродивых и в милостыне, которую они творили под видом странных поступков (например, св. Андрей Юродивый специально показывал нищим свои деньги, чтобы те, считая его душевнобольным, украли их, и даже сопротивлялся при ограблении). Известны случаи спасения юродивыми впавших в ересь или неверующих (например, св. Серапион Сендонит, египетский монах V или VI века, продавал себя в рабство манихею, а потом комедиантам, чтобы обратить своих хозяев к Православию)
857.

В Византии подвиг юродства был не слишком распространен и удостаивался санкционированного Церковью почитания лишь в редких случаях. Греческая Церковь чтит всего шестерых юродивых: св
. Исидору (10 мая), св.
Серапиона Синдонита (14 мая), св.
Андрея Цареградского (2 октября), св.
Симеона Эмесасого (21 июля), св.
Виссариона египтянина (6 июня), св.
Фому Келесирийского (24 апреля)
858. Ряд святых прибегали к юродству лишь в течение определенного времени, посвящая большую часть своей жизни аскезе другого типа. Период юродства отмечается, например, в житиях прп. Василия Нового (X в.), прп. Симеона Студита, учителя Симеона Нового Богослова, святителя Леонтия, Патриарха Иерусалимского (†1175 г.) и др.

В византийских источниках содержатся многочисленные рассказы о «божиих людях», принимавших облик безумцев, ходивших нагими, носивших вериги и пользовавшихся исключительным почитанием византийцев. Например, Иоанн Цеце (XII в.) в своих письмах говорит о знатных константинопольских дамах, вешающих в своих домашних церквах не иконы, а вериги юродивых, которые заполнили столицу и почитались более, чем апостолы и мученики. Иоанн Цеце пишет о юродивых с осуждением, равно как и некоторые другие поздневизантийские авторы.

Такого рода осуждение было, видимо, характерно для церковных властей той эпохи и связано со стремлением утвердить общежительное монашество, живущее по уставу и не практикующее нерегламентированные формы аскезы. При этих условиях, естественно, почитание юродивых как святых официальной санкции не получало
859.

Если в Византии почитание юродивых носит ограниченный характер, то в России оно приобретает весьма широкое распространение
860. Первым русским юродивым следует считать
Исаакия Печерского (†1090 г.), о котором рассказывается в Киево-Печерском патерике. Далее сведения о юродивых отсутствуют вплоть до XIV в.

На XV – первую половину XVII в. приходится расцвет подвига юродства в Московской Руси. Появление святых юродивых совпадает с угасанием княжеской святости. Можно сказать, что юродивый становится преемником святого князя в его социальном служении
861.

С другой стороны, максимальное число юродивых выпадает на XVI век – период «торжества Православия» на Руси, когда она становится христианским Царством, когда господствует идея «Москва – третий Рим», когда созывается Стоглавый Собор, издаются знаменитые Макарьевские Минеи, устанавливается Патриаршество. Мы знаем, что при видимом благополучии Православия, в нашем Отечестве в это время торжествовало обрядоверие. «Эта неумеренная и неразумная привязанность к обрядам и вообще к внешней стороне религии, столь свойственная людям простым и необразованным во все времена, существовала у нас и прежде, но никогда не достигала она такой степени… никогда не проявлялась так, как проявилась на Стоглавом Соборе, который не затруднился возвесть на степень догматов мнения о двуперстии для крестного знамения, о сугубой аллилуйе, о небритии бороды и усов»
862. Большинство русских тогда «усердно соблюдали посты, праздники и другие постановления Церкви, много молились и в домах своих, и в храмах Божиих, служили акафисты, молебны…делали пожертвования на церкви и монастыри… а о внутреннем благочестии, обуздании страстей, обновлении сердца, усвоении духа христианской любви вовсе не заботились»
863. Это внешнее, обрядовое, фарисейское благочестие ревностно обличал прп. Максим Грек (†1556). «Оно было распространено и глубоко чтилось во всех слоях нашего общества, между тем как там же господствовали самые тяжкие пороки и почти совершенная безнравственность», самым ярким примером чему является первый русский царь Иван Грозный
864. Расцвет подвига юродства в этот период, конечно, не случаен. Юродивые своим попранием всего внешнего как бы восстанавливают нарушенное духовное равновесие
865, напоминают о сути христианской жизни.

Русские юродивые ориентировались прежде всего на образец
Андрея, юродивого Цареградского, житие которого получило исключительно широкое распространение в России и вызвало многочисленные подражания. Житие было написано в Византии, видимо, в X в. и вскоре переведено на славянский
866.

Кчислу почитаемых русскихюродивых относятся
Авраамий Смоленский, Прокопий Устюжский, Василий Блаженный Московский, Максим Московский, Николай Псковский Салос, Михаил Клопский и др. В их аскетическом подвиге отчетливо опознаются те черты, которые характерны и для византийской традиции юродства: внешнее безумие, дар прорицания, соблазн как принцип поведения («перевернутое благочестие»), обличение грешников и т.д. В Московской Руси юродивые получают большую социальную значимость, они выступают как обличители неправедной власти и глашатаи Божией воли. Юродство воспринимается здесь как полноправный путь святости, и многие юродивые почитаются еще при жизни
867.

С половины XVI века на Руси отмечают общее снижение уровня духовной жизни. Оно не могло не коснуться и юродства. В XVI веке юродивые встречаются реже, московские юродивые уже не канонизуются Церковью. Юродство – как и монашеская святость – локализируется на севере, возвращаясь на свою новгородскую родину. Вологда, Тотьма, Каргополь, Архангельск, Вятка – города последних святых юродивых. В Москве государственные и церковные власти начинают подозрительно относиться к такого рода людям, замечают присутствие среди них лжеюродивых, натурально безумных или обманщиков. Происходит умаление и церковных празднеств уже канонизованным святым (Василию Блаженному). Синод вообще перестает канонизировать юродивых. Лишаясь духовной поддержки церковной интеллигенции, гонимое полицией, юродство спускается в народ и претерпевает процесс вырождения
868. Тем не менее, подвиг юродства в России не исчезает совершенно, примером чему могут служить блж.
Ксения Петербургская, бывшая фрейлина Екатерины II блж.
Евфросиния Колюпановская и др.

6.1.2. Святые русские князья
847

На Руси к общецерковному и местному почитанию канонизировано до 50 князей и княгинь.

Почитание святых князей начинается с первых лет христианства на Руси с почитания свв. Бориса и Глеба, усиливается во времена монгольского ига и прекращается одновременно с ним. Предполагают, что широкое распространение княжеской святости пришло на смену святости монашеской, когда, с разорением монастырей, стал исчезать подвиг преподобных.

Чин русских святых князей очень обширен: более половины из русских святых мирян княжеского происхождения. Но при этом о большинстве святых князей не сохранилось никаких сведений ни летописных, ни житийных, остались только их имена и святые мощи.

Почитание святых князей на Руси имеет несколько иные основания, нежели почитание византийских императоров. Последние, как уже говорилось, в первую очередь канонизировались за поддержку Православия в борьбе с ересями в эпоху Вселенских Соборов. В этой канонизации находил свое выражение теократический идеал царского служения. Но русский удельный князь, по общественному своему положению, никак не может быть сопоставлен с царем. Его власть ограничена вечем, дружиной, церковной иерархией. Он воплощает в себе не столько начало власти, сколько начало служения, являясь политическим, и прежде всего военным вождем. А как только Русь усваивает греческий идеал власти и переносит его, вместе с царским титулом, на великих князей Московских, княжеская святость прекращается. Никто из благочестивых царей Московских не был канонизован
848. Поэтому можно предположить, что канонизация князей не имеет ничего общего с освящением власти.

Чтобы уяснить во всей чистоте и своеобразии сущность княжеского подвига, Г. П. Федотов предлагает выделить в сонме святых князей несколько групп: князей равноапостольных, князей – иноков, князей – страстотерпцев и, наконец, князей, прославленных своим общественным служением.

Сравнение св. князя
Владимира и св. княгини
Ольги с Константином и Еленой звучит уже в ранних похвальных словах им (XI в.). Общность заслуг перед Церковью была основанием перенесения на русских князей – крестителей имени «
равноапостольных». Князь Владимир после Крещения прославился и личным благочестием, особенно обильной милостыней, о чем упоминают практически все русские книжники, говоря о Владимире даже мимоходом.

Вторую группу составляют князья – иноки. Среди них, прежде всего, следует назвать
Николу Святошу (†1142), привратника Печерского монастыря, одного из верных духовных чад прп. Феодосия. Еще один пример – юный
Заозерский князь
Андрей (XV век). Будучи единственным наследником своего удела, он отказался от него и постригся в Спасо-Каменном монастыре на Кубенском озере. Он скончался через пять лет (†1453), в строгом, созерцательном уединении. Его житие показывает, что, несмотря на юность, святой князь достиг высокого совершенства духовной жизни.

Кроме князей – иноков следует сказать и о святых княгинях, игумениях и строительницах монастырей. Преподобные княгини, канонизованные Церковью, – это
Евфросиния Полоцкая, Анна Кашинская, супруга св. князя Михаила Ярославина Тверского, скончавшаяся в монастыре в 1368 г.;
Евфросиния Суздальская, дочь св. кн. Михаила Черниговского, и
Евфросиния (в миру Евдокия)
Московская, супруга Дмитрия Донского, постригшаяся незадолго до кончины (†1407) в Вознесенском девичьем монастыре. Наиболее яркий образ святой княгини видим в житии св. Евфросинии Полоцкой (†1173).
См. Приложение к теме 6.

Князья – иноки почитаются как иноки, то есть преподобные, а не как князья. В их жизненном пути, общем пути монашеского подвига, мы не увидим во всей полноте особенностей подвига княжеского.

Третья группа – убиенные князья,
мученики и
страстотерпцы. О подвиге святых страстотерпцев на Руси говорилось выше. Условия же для настоящего мученичества за Христа создало татарское иго. Как мученичество за веру стал пониматься и ратный подвиг, смерть в бою за Русскую землю.

К мученикам от монголов относят свв. князей
Романа Ольговича, Василько Константиновича, Михаила Черниговского, Михаила Тверского и др. К ним, на наш взгляд, можно причислить и мучеников Зарайских – князя Феодора, княгини Евпраксии и младенца Иоанна, о которых говорилось выше. Бесспорным мучеником и самым почитаемым из святых князей, после Бориса и Глеба, был
Михаил
Всеволодович
Черниговский, казненный с боярином
Феодором в Орде 20 сентября 1246 г.
См. Приложение к теме 6.

В повествовании о гибели князя Василько летопись дает его характеристику, в которой можно видеть
идеальный образ древнерусского князя. В нем нет никаких аскетических черт: «Бе же се Василько лицом красен, очима светел и грозен взором, и паче меры храбр, сердцем же легок; а кто ему служил, хлеб его ял, чашу его пил, той за его любовь никако же можаше у иного князя быта, ни служите: излише бо слуги своя любяше; мужество и ум в нем живяше, правда же и истина с ним ходиста, бе бо всему хитр». Эта яркая характеристика, в тех же выражениях, прилагается ко многим святым князьям, в том числе и к Александру Невскому.

Но, пожалуй, наиболее полно целостный идеал княжеского служения отражен в Сказании о
Михаиле Тверском, одном из лучших княжеских житий. Князь Михаил был жестоко убит в Орде (1318), став жертвой политической интриги. Ранее он доблестно бился с татарами – и в борьбе с ними, как и в вольной смерти от них «за Христианы», был одинаково верен своему служению. В жизни этого князя можно увидеть тесную связь двух указанных выше путей княжеской святости – подвига страстотерпца и подвига воина, защитника Русской земли. Собираясь в Орду, он предчувствует свою гибель, но хочет отвратить ею татарский погром от своей земли: «Аще бо аз где уклонюсь, то вотчина моя вся в полону будет, множество христиан избиени будут; аще ли после того умрети же ми есть, то лучше ми есть ныне положит душу свою за многие души».

Многое сближает повесть о св. князе Михаиле Тверском с житиями свв. Бориса и Глеба и св. князя Михаила Черниговского. И все же
основной мотив подвига – даже единственный, выдвигаемый здесь, – иной. Это не последование Христу в Его безвинном страдании, не стремление избежать предательства Его участием в языческом обряде, а
самоотверженная любовь к народу, готовность отдать свою душу «за други своя». Этот мотив господствует в житиях четвертой группы князей –
воителей за Русскую землю.

Среди них первое место, бесспорно, принадлежит
Александру Невскому. За ним –
Всеволод-Гавриил и
Довмонт Псковские и
Мстислав Ростиславич Храбрый.

Заключительные слова жития св. кн. Александра выражают христианское осмысление его жизненного подвига: «Тако бо Бог прослави угодника Своего, яко много тружеся за землю русскую, и за Новгород, и за Псков, и за всю землю русскую, живот свой полагая за православное христианство»
849.

В летописном сказании о св. Мстиславе Храбром мы также видим идею жертвенного служения князя родной земле, христианскому народу: «Всегда бо тосняшеться умрети за Русскую Землю и за хрестьяны, егда бо видяше хрестьяны полонены от поганых, и тако молвяше дружине своей: “братья! ничто же имете во уме своем, аще ныне умрем за хрестьяны, то очистився грехов своих и Бог вменит кровь наппо с мученикы”».

Сопоставляя общие, повторяющиеся черты, можно заметить устойчивый
образ русского святого князя (ср. описание князя Василько). В нем нет ничего аскетического, он полон мужественной красоты и силы. Благочестие его выражается в преданности Церкви, в молитве, в строительстве храмов и уважении к духовенству. Всегда отмечается его нищелюбие, заботы о слабых, сирых и вдовицах. Его военные подвиги и мирные труды, а нередко и мученическая смерть представляются выражением одного и того же
подвига жертвенного служения любви: за свой град, за землю Русскую, за православных христиан. В этой жертвенной любви, конечно, и заключается христианская идея княжеского подвига.

Как уже отмечалось, Церковь не канонизирует национальные или политические заслуги. Поэтому в ряду святых князей мы не находим тех, кто больше всего сделал для славы России и для ее единства. В лике общечтимых святых нет ни Ярослава Мудрого, ни Владимира Мономаха, известных своим благочестием, ни князей Московских, за исключением Даниила Александровича, месточтимого в построенном им Даниловой монастыре и канонизованного не ранее XVIII или XIX века. Но зато Ярославль и Муром дали Церкви святых князей, совершенно не известных летописи и истории. Зато Церковь канонизовала противника Боголюбского – Мстислава, и Михаила Тверского, соперника Москвы.

Отказываясь видеть в канонизации князей освящение определенной политики, нельзя однако сводить ее всецело к личной праведности. Церковь чтит в них если не государей, то национальных деятелей,
народных вождей. Их общественный (а не только личный) подвиг является социальным выражением заповеди любви. Их политика может быть ошибочной, но Церковь прославляет и неудачников (Всеволод-Гавриил, Михаил Тверской), оценивая не результаты, а намерения, жертвенную ревность служения.
Венцом общественного служения святого князя является жертвенная смерть. Герой – воин всегда готов стать стратостерпцем, высшим выразителем княжеской святости.

Если в подвиге князя Церковь чтит национальное служение, то неудивительно, что в княжеском житии мы нередко видим яркое выражение идеи любви к родине, к своему народу. Греческой почвой этой идеи, ее опорой в православной традиции была идея
малой родины, города – полиса, который живет под сенью мировой империи. Святые мученики Греции являются стражами – защитниками своего города, который хранит их святые останки. Особенно сильное впечатление на Руси произвел святой Димитрий Солунский, покоящийся на славянской земле. Недаром в княжеских житиях часто вспоминается сказание об одном из солунских чудес св. Димитрия. Князь Михаил Тверской (или составитель его жития) вспоминает «благого отечестволюбца, великого Христова мученика Дмитрия, рекша про отчину свою Селунь град: “Господи, аще погубиши град сей, то и аз с ними погибну, аще ли спасеши и, то аз спасен буду; сей убо (Михаил) такожде умысли сотворити и положити душу свою за свое отечество».

Почитание усопшего князя – воина как защитника города было широко распространено на Руси. Повсюду в старых стольных городах, в склепах или притворах соборов народ благоговейно чтил гробницы древних князей, к которым обращался в годы военной угрозы. Гробницы сохраняли имена небесных заступников, но о деяниях их иногда ни память стариков, ни летописи не могли ничего открыть. Оттого так много святых князей, не имеющих жития и даже не известных истории. Их почитание вырастало не из живой памяти о личности, а из немой гробницы. Для святых князей русских, подобно древним мученикам и в отличие от преподобных – аскетов, именно гробница часто была основой культа. Совершавшиеся над нею чудеса указывали на святость почившего; иногда, в редких случаях, она удостоверялась нетлением. Так из общего почитания княжеских гробниц, из национального культа предков выделялся культ святых князей. Церковь делала свой отбор, руководясь чудотворениями или преданием, уже заглохшим для нас.

Близостью культа святых князей к национальному почитанию предков (усопшие молятся за своих родных, усопшие князья – за свою вотчину, за Русскую землю) объясняется неустойчивость в списках святых князей и недостаточная четкость границы, отделяющей их от почитаемых усопших.

Можно предположить, что из множества неведомых и неявленных святых мирян святые князья выделены и поставлены для общецерковного почитания еще и потому, что круг их жизненного подвига предназначал их к общенародной славе. Понятно, что ни купцу, ни крестьянину или боярину не закрыты пути к святости, что не одно только призвание князя открывает человеку небесную славу. Но канонизация нужна не для неба, а для земли. И на земле именно в святых князьях Древняя Русь большей частью видела общих предков, общих заступников, избранных представителей мирянской святости.

(память 23 ноября ст. ст.)

Жития Псковских князей написаны под влиянием жития св. Александра Невского. Первое его житие, как считают ученые, было составлено в 80-е годы XIII века книжником Владимирского Рождественского монастыря, где было погребено тело князя и где в конце XIII века началось почитание его как святого. В списках житие не имеет устойчивого заголовка и называется «Повесть о житии и храбрости…», «Слово о великом князе…», «Житие блаженного великого князя…».

В житии много канонического, традиционного для этого жанра. Повествование начинается с обычного признания автором своего недостоинства и скудоумия, описание подвигов князя Александра предваряется сравнением его с библейскими лицами – Самсоном, Иосифом, Соломоном… Повествование ведется с патетической, торжественно-величавой интонацией. Жизнь и деятельность Александра предстает «не столько в своих конкретных проявлениях и событиях, сколько в вечной сущности, не в житейских подробностях, а в житийном облике»
901. Житие князя Александра – это военная героическая повесть, вдохновляющаяся римско-византийской исторической литературой (Палей, Иосиф Флавий) и героической легендой
902. Автор отбирает только самые значительные события (Невская битва, освобождение Пскова, Ледовое побоище, дипломатические отношения с Ордой и Римским папой), которые воссоздают героический образ князя-воина, доблестного полководца и мудрого политика
903. Об отношении Александра к русским князьям, о татарской помощи в борьбе с соперниками, о наказании мятежных новгородцев, словом, о том, что могло бы омрачить славу национального героя напоминанием о спорных вопросах его политики, в повести – житии не говорится. Житие заканчивается рассказом о погребении князя во Владимире и ужаснувшем всех чуде: о том, как усопший сам протянул руку за разрешительной, «прощальной» грамотой митрополита. Религиозный элемент повести неразрывно слит с героическим: длинная молитва князя перед походом в св. Софии Новгородской, помощь Небесной Церкви: на Неве – свв. Борис и Глеб, на Чудском озере – ангельские воинства.

Житие св.
Довмонта-Тимофея князя
Псковского (†1299, память 20 мая ст. ст.), подобно житию Александра Невского, представляет военно-героическую повесть. Довмонт, литовский князь (житие считает его сыном Миндовга), вынужден бежать на Русь из-за домашних смут. В Пскове он принял Святое Крещение и, по любви граждан, получил местное княжение. Вся жизнь его прошла в походах как против родственной Литвы, так и против немецких рыцарей. Древнее житие (XIV века) так характеризует его подвиг: «страшен ратоборец быв, на мнозех бранях мужество свое показав и добрый нрав. И всякими добротами украшен, бяше же уветлив и церкви украшая и попы и нищия любя и на вся праздники попы и черноризцы кормя и милостыню дая».

Всеволод-Гавриил (†1138, память 11 февраля ст. ст.), внук Мономахов, первый князь Псковский, княжил в Пскове всего около года. Вся его жизнь прошла в борьбе за Великий Новгород и, на Новгородском столе, с врагами новгородскими. В этой борьбе он бывал несчастлив, изгонялся неоднократно со своего княжения и потерпел поражение от суздальцев при Ждановой горе. Это поражение стоило ему Новгорода. Но псковичи, отделившись от «старшого брата», приняли к себе изгнанного князя. Как первый Псковский князь, как строитель Псковского собора Святой Троицы, Всеволод, несмотря на скорую кончину, оставил в Пскове славную память. Его церковное почитание устанавливается, вероятно, в 1192 г., когда совершилось первое чудо во время перенесения его гробницы в собор Святой Троицы. Житие его составлено лишь в середине XVI века, по летописям. Оно отмечает нищелюбие и щедрость князя, особенно проявившиеся во время голодных лет. С явным анахронизмом, оно именует князя «оборонителем и забралом граду Пскову от поганих немец». Действительно, военному защитнику города молились в лице его псковичи, повесив его оружие (как и князя Довмонта) над гробницей. Его меч до последнего времени висел в соборе Святой Троицы с латинской рыцарской надписью на нем: «Honorem meum nemidi dado» – «Чести моей никому не отдам».

Предлагаем ознакомиться:  Святая ангелина в православии день ангела

Не дошло до нас отдельного жития кн.
Мстислава Ростиславича
Храброго (†1179), чтившегося в Новгороде. Его политическое дело – оборона сначала Киева, потом Новгорода от Андрея Боголюбского и суздальцев. Он, как и Всеволод-Гавриил, – типичный представитель удельного права и рыцарской чести против объединительных стремлений Суздаля. Летопись дает ему яркую характеристику: «Сий же благоверный князь Мьстислав… возростом середний бе, и лицом леп, и всею добродетелью украшен и благонравен, и любовь имяше ко всим, паче же милостыни прилежаше, монастыре набдя, черньце утешивая,… и мирския церкви набдя, и попы и весь святительский чин достойною честью честя; бе бо крепок на рати».

Святые на Руси

Мы чтим наших русских святых не только как небесных покровителей святой и грешной России. В них мы ищем откровение и наставление для духовной жизни каждого из нас, для собственного духовного пути. Вот почему и следует знать, в чём же особенность нашей русской святости. Сегодня мы всматриваемся с особенным чувством в великое наше прошлое, в лики наших святых, появляющиеся у самых истоков, в самом начале истории нашего народа.

Вот XI век — первые святые русские. Кто они были{q} Миряне, братья и сестры. Страстотерпцы Борис и Глеб, а за ними идут святые Киево-Печерской Лавры во главе с преподобным Феодосией, духовным начальником этой Лавры. Потом видим святых князей, святителей. Потом, наконец, Московская Русь. Мы видим святых московских, около Москвы подвизавшихся, святого Сергия преподобного Радонежского игумена всея России Чудотворца, наконец, нашу святую северную Фиваиду… Потом Преподобные Нил Сорский и Иосиф Волоколамский (или Волоцкий), которые, между собой спорят о том, как надо устраивать монастырскую, монашескую духовную жизнь.

Один говорит — так, а другой — иначе. И один и другой несколько по-разному устраивают монашескую жизнь, но оба — святые, оба — подвижники. За ними идут юродивые, блаженные и святые жёны — Ефросинья Полоцкая, Анна Кашинская и многие другие святые жёны, подвизавшиеся в России. Наконец, почти наш современник — святой Серафим Саровский, святой Тихон Задонский.

Всматриваемся в эту золотую цепь, всматриваемся в это великое прошлое Русской Церкви, и что видим{q} Какие черты характерны для русской святости{q} Прежде всего, братья и сестры, видим светлую-светлую мерность жизни, т.е. отсутствие какого бы то ни было радикализма. Нет резких отклонений от завещанных древностью христианских идеалов в монашестве, а мы особенно почитали, почитаем и будем почитать монашество.

там, в монастырях, исповедуются люди больше, чем здесь, в приходских церквах. Потом появилось в тех же монастырях и старчество. Слова увещания — слова правды, наставления неслись оттуда, из-за монастырских стен, в мир. Причем слова правды и перед сильными мира сего, а не только простыми людьми. Не отвергался в этих монастырях у монахов и книжный труд — почти всюду создают кружки переписчиков священных и не только священных книг.

Но на что же больше всего нам следует обратить внимание{q} Каковы особенно характерные черты русской святости{q} Каким идеалом более всего вдохновлялся русский православный христианин встарь и до самого последнего времени{q} Его вдохновлял, братья и сестры, образ уничижённого Христа. Именно этот образ мы находим в худых ризах преподобного Сергия — игумена Радонежского, этот же образ видим в безгневности этого священноначальника, и более того, в вольной безвластности его.

Он не хотел употреблять свою власть над людьми, власть игумена — перед ним стоял чудный, удивительный облик уничижения: униженного, уничижённого Христа. Этот идеал вдохновлял не одних только монашествующих, он стоял перед духовным взором всех русских православных людей и был им особенно дорог всегда.

Была ещё одна черта, свойственная русской святости — творить милостыню. Все наши и князья, и святители, и простые миряне творят прежде всего милостыню. «Милостив буди» для того, чтобы и Господь был к тебе милостив.

Виды святых в православии

Вот особые черты русской святости, братья и сестры, на которые все мы должны обратить внимание для своей духовной пользы. Вот огнём каких идеалов всегда горела лампада русского православного благочестия. Горит эта лампада как прежде, так и сейчас и в наших церквах, и в домах верующих, и в больших городах и в малых, и в глуши провинциальной, и среди шума и грохота современной цивилизации идут, проходят святым своим путём и блаженные, и преподобные, и странники, и юродивые, чистые сердцем святые праведники, бессребреники, невидимые подвижники любви.

Зачем молиться святым{q}

В состоянии святости многие получают дары чудотворения, прозорливости, исцелений. И часто, исходя из этих признаков, человека начинают считать святым. Но необходимо заметить, что это глубоко неверно — сами по себе никакие дары еще не являются показателем святости. Христос предупредил: «восстанут лжехристы и лжепророки, и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных» (Мф. 24, 24-25).

Особенно это нужно иметь в виду в наше время. Почему{q} Сейчас, к великому сожалению, очень многие верующие ищут именно чудес, прозорливости, предсказаний, а не спасения и святости. Потому обращаются к колдунам, экстрасенсам, лжестарцам, получая в результате вред и душе, и телу. Христианину нужно искать не чудес, а исцеления от страстей.

В настоящее время выпускается множество книг, которые буквально рекламируют отдельных святых в качестве помощников и целителей от конкретных болезней: кто помогает от печенки, кто от селезенки, кто в приобретении квартир — и так далее. Все это очень напоминает язычество, предлагающее помощь того или иного бога-специалиста в зависимости от возникшей проблемы.

В Православии молитвы святым носят совершенно иной характер. Каждый святой, к кому мы искренне обращаемся, является нашим сомолитвенником Богу. И каждый из них может быть нашим помощником. Нельзя специализировать святых, как врачей и адвокатов — это признак явного суеверия.

Виды святых в православииhttps://www.youtube.com/watch{q}v=XOLRsy-uM-U

Почему и зачем мы молимся святым{q} Если я обращаюсь к другу: «Помолись, завтра мне предстоит трудное дело…», то почему же не могу обратиться с такой же просьбой к святителю Николаю{q} У Бога нет мертвых, у Него все живы. И к святым мы обращаемся, ибо их молитвы более действенны, чем у нас, грешных. Но при этом важно помнить, что святые — это наши сомолитвенники Богу, а не «спасители» сами по себе. Если мы забудем об этом, то превратимся в тех же язычников.

Святой император Юстиниан

По месяцеслову всех святых 1891 г
879

1. Авенир, царь Индийский, отец св. царевича Иоасафа. 19 ноября
880.

2. Авив, сын Гамалиила. 2 августа.

3. Александр, отец мч. Аистиона Монаха (†ок.290). 7 июля.

4. Александр Невский (в схиме Алексий), великий князь. 23 ноября.

5. Андрей, юродивый Цареградский. 2 октября.

6. Андрей Боголюбский. 4 июля.

7. Андрей, князь Смоленский. 27 октября.

8. 7 отроков Ефесских, уснули при Декии (ок. 250 были замурованы в пещере за веру), пробудились при Феодосии Младшем (408–450)
881. 4 августа.

9. Артемий Веркольский (12-летний мальчик, убит молнией). 23 июня.

10. Ахаз праведный. 1 апреля.

11. Борис и Глеб, страстотерпцы. 24 июля.

12. Василий и Константин Ярославские. 3 июля.

13. Василий Блаженный Московский. 2 августа.

14. Василько, князь Ростовский. 4 марта.

15. Вячеслав, князь Чешский. 28 сентября.

16. Владимир-Василий, великий князь Киевский. 15 июля.

17. Всеволод-Гавриил, князь Псковский. 11 февраля.

18. Гамалиил. 2 августа.

19. Георгий, князь Владимирский, убит татарами. 4 февраля.

20. Глафира дева, праведная (†ок.322). 26 апреля.

21. Давид, сын князя Феодора Смоленского. 19 сентября.

22. Дамиан и Косма из Асии, бессребреники. 1 ноября.

23. Даниил, князь Московский. 4 марта.

24. Димитрий, царевич Московский. 15 мая.

25. Еввула, мать вмч. Пантелеймона. 30 марта.

26. Евфросиния, княгиня Полоцкая. 23 мая.

27. Евфросиния, княгиня Суздальская. 25 сентября.

28. Евфросиния (в миру Евдокия), княгиня Московская. 7 июля.

29. Елена, царица. 21 мая.

30. Елена (Ольга), Великая княгиня Киевская. 11 июля.

31. Зинон и Зоил, скончались в мире, неизвестно когда и где. 3 марта.

32. Иоанн (в иночестве Игнатий), князь Волоцкий или Угличский (†1523). 19 мая.

33. Игорь, князь Киевский и Черниговский. 5 июня.

34. Илья Муромец. 19 декабря.

35. Исидор Твердислов, юродивый Ростовский. 14 мая.

36. Иаков, Боровицкий чудотворец, праведный (†ок. 1540)
882. 23 октября.

37. Клеопатра и ее сын Иоанн, умершие в мире в Палестине (связаны с мч. Уаром, IV век). 19 октября.

38. Иоанн пресвитер. 9 октября.

39. Иоанн Воин, жил при Юлиане в Константинополе. 30 июля.

40. Иоанн, царь Персидский (до Крещения Моавия). 9 июля.

41. Иоанн Устюжский, юродивый. 29 мая.

42. Иулиания, княжна Ольшанская
883, праведная, дева, умерла в 16 лет. 6 июля.

43. Иуния, помощница ап. Андроника.17 мая.

44. Юстиниан, император. 14 ноября.

45. Константин Великий, император. 21 мая.

46. Константин, сын Феодора, князя Смоленского. 19 сентября и 5 марта.

47. Константин, князь Муромский. 21 мая.

48. Константин Всеволодович, князь Ярославский. 3 июля.

49. Корнилий сотник. 13 сентября.

50. Лазарь, князь Сербский. 15 июня.

51. Лонгин сотник. 16 октября.

52. Людмила, княгиня Чешская. 16 сентября.

53. Максим, юродивый Московский. 11 ноября и 13 августа.

54. Мариамна, сестра ап. Филиппа. 17 февраля.

55. Мария Мащалина. 22 июля.

56. Марфа праведная, мать Симеона Дивногорца. 4 июля.

57. Михаил воин, болгарин, праведный. 22 ноября.

58. Михаил, князь Муромский. 21 мая.

59. Михаил Тверской, князь. 22 ноября.

60. Михаил Черниговский, князь. 20 сентября и 14 февраля.

61. Михаил Клопский, юродивый. И января.

62. Муза, блаженная отроковица (V век)
884.16 мая.

63. Нада и Нестор, родители мч. Конона, современники апостолов. 5 марта.

64. Никита блж. Цареградский
885, сокровенный угодник Божий (XII век). 8 сентября.

65. Николай Качанов, юродивый Новгородский. 27 июля.

66. Нонна, праведная, мать свт. Григория Богослова
886.5 августа.

67. Олимпиада, диаконисса Цареградская ок. 410). 25 октября.

68. Петр Мытарь (VI век). 22 сентября.

69. Петр Афирский, близ Царьграда. 5 сентября.

70. Петр, князь Муромский. 25 июня.

71. Поплия, диаконисса Антиохийская. Жила при Юлиане Отступнике (IV в.). 9 октября.

72. Прокопий Устюжский, юродивый. 8 июля.

73. Пульхерия, императрица. 10 сентября.

74. Роман, князь Рязанский. 19 июля.

75. Руфина и Феодот, родители мч. Маманта. 2 сентября.

76. Симеон Одесский, юродивый (Сирия, VI век). 21 июля.

77. Таисия св., бывшая блудница, обращенная прп. Пафнутием (IV век). 8 октября.

78. Таисия блж., обращенная св. Иоанном Кодовым (V век). 10 мая.

79. Феврония, княгиня Муромская. 25 июня.

80. Филарет Милостивый. 1 декабря.

81. Фулвиан, князь Эфиопский, обращен евангелистом Матфеем. 16 ноября.

82. Феодора, супруга императора Юстиниана. 14 ноября.

83. Феодор Ярославин, князь. 5 июня.

84. Феодор, князь Смоленский. 19 сентября и 5 марта.

85. Феодор, князь Муромский. 21 мая.

86. Феодор, боярин Черниговский. 20 сентября.

87. Феозва, диаконисса, сестра свт. Григория Ниского (IV век). 10 января.

88. Феофания, царица. 16 декабря.

1. Византийские императоры.

· Равноапостольный император Константин.

· Равноапостольная царица Елена.

· Св. Пульхерия.

· Св. император Юстиниан.

· Краткие сведения об остальных византийских императорах.

2. Английский король-мученик св. Эдмунд.

3. Св. княгиня Евфросиния Полоцкая.

4. Св. князь Александр Невский.

5. Свв. русские князья-воины.

6. Св. Филарет Милостивый.

7. Св. Петр Мытарь.

8. Св. Михаил Воин.

9. Свв. диакониссы Олимпиада, Поплия, Феозва.

10. Св. Симеон Верхотурский.

11. Св. прав. Феодор Томский.

12. Св. прав. Иулиания Лазаревская.

13. Св. Клотильда, королева Франции.

14. Св. Женевьева Парижская.
1

Святая Пульхерия

(память 10/23 сентября, 399–453)

Святая Пульхерия (398–453) была дочерью императора Аркадия, старшей сестрой, воспитательницей и наставницей имп. Феодосия II (408–450). Получила разностороннее образование, отличалась мудростью и благочестием. Св. Пульхерия носила титул Августы и в течение 42 лет (408–450) соцарствовала брату. Во избежание борьбы за престол между Феодосием II и ее супругом она отказалась от вступления в брак.

В продолжение всей своей жизни царица Пульхерия защищала православное вероучение от возникавших ересей. При ее содействии был собран III Вселенский Собор (431 г.) в Эфесе, осудивший ересь Нестория.

Заботами св. Пульхерии был сооружен храм Пресвятой Богородицы во Влахернах, а также другие церкви и монастыри. И сам царский дворец, по отзывам современников, при ней более походил на монастырь.

Происками советника императора монофизита Хрисафия св. Пульхерия на некоторое время была удалена из дворца. Но окончательно устранить ее от власти Хрисафию не удалось. Без нее начались нестроения, и через некоторое время, по усиленным просьбам своего царственного брата, она возвратилась, умирив вызванные возникшими ересями смуты. После смерти имп. Феодосия св. Пульхерия, исполняя просьбу брата содействовать воцарению благочестивого и мудрого военачальника Маркиана, вступила с ним в брак с условием сохранения девства (450 год).

Императоры Маркиан и Пульхерия были организаторами IV Вселенского Собора (451 г.) в Халкидоне, направленного против ереси монофизитов. Знаменитый Халкидонский орос был подписан в их присутствии.

Вскоре после Халкидона в возрасте 54 лет св. Пульхерия мирно скончалась, раздав свое имение бедным и Церкви
887.

2. Английский король – мученик св. Эдмунд

(память 20 ноября, 856–869)

Эдмунд родился в 841 году в семье благочестивых христиан, с детства постиг истинное значение молитвы, знал наизусть все псалмы.

В конце 856 года, в королевском дворце, находившемся на месте сегодняшнего городка Кэйстор Сэйнт Эдмунде в окрестностях Норвича, молодой принц Эдмунд был избран королем восточных англов. В том же 856 году, в день Рождества Христова, он в возрасте всего лишь 15 лет был помазан и венчан на царство в городке Бюрс, занимавшем стратегическое место на границе между Суффолком и Эссексом. В людской памяти Эдмунд сохранился как благочестивый и благородный государь, настолько преданный своему народу, его безопасности и благосостоянию, что ради них он добровольно отказался от брака. Он был «мудр и честен… смирен и благочестив… по-отечески щедрый покровитель нищих и вдов… защитник Церкви, воздвигнутый Самим Богом». Несмотря на все это, в 865 году над его миролюбивым королевством разразилась страшная буря: началось повсеместное вторжение датчан в страну восточных англов.

Эдмунд, как мог, организовывал сопротивление вторжению с целью защиты Англии от датчан. Так, в 868 году он сражался за освобождение Ноттингхема бок о бок с будущим королем Альфредом Великим. В земле восточных англов он также заботился о возведении и восстановлении защитных насыпей к востоку от Кембриджа, до сих пор известных как «Ров св. Эдмунда» в районе «Низин св. Эдмунда». Однако в 869 году огромное войско датчан вновь совершило нападение на земли восточных англов. Было ограблено множество монастырей, включая Эли и Сохам. Поздней осенью король Эдмунд дал сражение в селении Тетфорд в Норфолке. Несмотря на то, что враг понес крупные потери, король вынужден был отступить к деревне Хоксен в северном Суффолке, где и был схвачен датчанами.

Эдмунд, всегда защищавший других, отказался защищать себя. Он остался верен Христу и со словами: «Мне одному подобает умереть за людей моих, дабы не погиб весь народ», отверг мирные предложения датчан, ценой которых было предательство веры. Датчане глумились над ним и избивали его. Эдмунд отказался стать вероотступником, заявив: «Ничто не может отлучить меня – живого или мертвого – от любви Христовой». Тогда мучители привязали его к дубу и стали нещадно стегать бичом, затем они выпустили в него несколько стрел из лука и наконец обезглавили короля, который непрестанно, вплоть до самой кончины, призывал имя Спасителя. Это случилось в понедельник, 20 ноября 869 года. Вслед за этим датчане покинули местность, бросив голову короля в находившиеся неподалеку заросли ежевики. Позже люди, пришедшие искать главу мученика, были уведомлены о ее местонахождении воем волкодава, стерегущего ее.

Эдмунд был похоронен в часовне деревни Хоксен, и вскоре после его смерти начались чудеса. Самым необычным из этих чудес было то, что не минуло и одного поколения, как потомки тех самых датчан, которые его замучили, стали православными христианами и сами начали почитать убиенного ими короля как святого. В начале X века тело св. Эдмунда было перенесено в монастырский город Бедриксворт, впоследствии ставший известным под названием Бери Сэйнт Эдмундс (Bury St Edmunds – «Город св. Эдмунда»). В течение последующих столетий место упокоения святого сделалось великой святыней и превратилось в один из лучших и крупнейших монастырей Англии. Пять столетий подряд воитель Эдмунд считался святым заступником не только земли восточных англов, но и всей Англии. Поистине, святой Эдмунд был национальным героем, светом с Востока, «блаженным покровителем» земли восточных англов и всей Англии
899.

3. Св. княгиня Евфросиния Полоцкая

(память 23 мая ст. ст. †1173)

Агиограф описывает ее как исключительную по силе характера и образованности церковного деятеля. Дочь Полоцкого князя Святослава-Георгия, юная Предислава отвергла всех женихов и постриглась в монастыре своей тети под именем Евфросинии. Затем она получила разрешение у епископа поселиться при соборной церкви св. Софии, где занималась списыванием книг для продажи и раздавала вырученные деньги бедным. Потом она получила от епископа пригородную церковь Спаса в Сельце, построила здесь каменный храм и при нем женский монастырь. В этот монастырь она сумела привлечь, несмотря на сопротивление родителей, двух сестер – родную и двоюродную, и двух племянниц. «Такой имела дар блаженная Евфросиния: если посмотрит на кого своими очами, тотчас познает, есть ли в нем дух добродетельный». Не довольствуясь одним женским монастырем, она строит еще и мужской, с храмом Рождества Христова.

Св. Евфросиния отличалась особым почтением к святыням Греции и православного Востока. Об этом свидетельствует и сохранившийся в Полоцке крест ее с мощами греческих святых; из Константинополя ей была прислана копия иконы Богоматери, приписываемой кисти евангелиста Луки. Эта икона находится в Торопепком соборе. Наконец, уже в старости она предприняла с братом и сестрой трудное путешествие через Цареград в Св. Землю, из которого уже не вернулась. Она хотела скончаться в Иерусалиме и заранее простилась в Полоцке с оплакавшими ее родными. Поставив золотую лампаду у Гроба Господня, она не имела уже сил дойти до Иордана и умерла в русском монастыре Богородицы. Впоследствии ее мощи были перенесены в Россию, где покоились в Киевских пещерах. Лишь в 1910 г. они были перенесены в родной Полоцк
900.

6. Святой Филарет Милостивый

(память 1 декабря ст. ст. †792)

Св. Филарет Милостивый жил в Пафлагонии (Малая Азия) в VIII веке и принадлежал к числу самых богатых и знатных жителей области. В его доме никогда и никому не отказывали в помощи, каждому праведный Филарет с благожелательностью и щедростью доставлял все необходимое.

Через некоторое время по попущению Божию Филарет стал терять свое богатство. Особенно сильно пострадало его имущество от набегов арабов, которые весьма часто опустошали в то время области Малой Азии. От огромных стад у Филарета остались только пара волов, лошадь и корова. Вскоре и их он отдал нуждающимся, вызвав этим возмущенные упреки супруги и детей. Семья Филарета начала голодать. Но Филарет, подобно Иову, претерпевал лишения и укоризны с кротостью и упованием на Бога. А семье он говорил, что у него спрятано сокровище, которого хватит на сто лет безбедной жизни.

И вера праведника не была посрамлена. Сначала его друг прислал ему достаточное количество пшеницы. Супруга его потребовала разделить ее между всеми членами семьи, чтобы Филарет раздавал не все, а только свою часть. Он и раздал ее в два дня. Тогда оскорбленная жена не захотела даже есть вместе с ним и стала обедать с детьми и внуками отдельно и скрытно.

В то время благочестивая императрица Ирина (при которой был созван VII Вселенский Собор) решила подыскать красивую и добродетельную невесту своему сыну Константину VI (правил 780–797 гг.). Послы, отправленные на поиски невесты, посетили и дом Филарета. Старшую внучку святого старца Марию в числе прочих девиц решено было отвезти на смотрины в столицу. Вместе с ней была приглашена в Константинополь вся ее семья – родители, дед с бабушкой, братья и сестры. Мария понравилась императору и была с ним обручена. И для двух ее сестер нашлись высокопоставленные супруги. Царь щедро одарил семью Филарета. Получив столь великое богатство, родные Филарета вспомнили его слова о сокровище, хранимом для них, и стали просить прощения у праведного старца. А тот снова принялся за дела милосердия. Он попросил у родных купить его часть имения, чтобы иметь деньги для подаяния милостыни.

Старец знал, что многие для выпрашивания милостыни нарочно одеваются в бедные одежды, а другие, неожиданно разорившись, сохранили приличное одеяние и стыдятся просить. Поэтому своему слуге он приказал сделать три ящика – для золотых, серебряных и медных монет. Подавая милостыню, св. Филарет молился, чтобы Бог Сам указал ему, кому сколько дать. И часто случалось, что, желая дать бедняку побольше, он вытаскивал несколько медных монет, а для прилично одетого и на вид совсем не бедного человека его рука вынимала довольно крупную сумму золотом. Царь, узнав о нищелюбии Филарета, распорядился регулярно выдавать ему деньги для подаяния.

Св. праведный Филарет был заранее предуведомлен о дне свой кончины. Он умер в возрасте 90 лет, через 4 года после свадьбы старшей внучки, в 792 г., и погребен в обители Суда Родольфия в Константинополе. Житие сообщает о чудесах от его св. мощей
904.

7. СвятойПетр Мытарь

(память 22 сентября ст. ст.)

Святой Петр, бывший мытарь, был главным сборщиком податей (в переводе на современный язык – главой налоговой полиции) в Африке в царствование императора Юстиниана (527–565). Человек он был жестокий и немилосердный. Однажды он бросил куском хлеба в нищего, неотступно просившего подаяния. Ночью Петр во сне увидел себя умершим и то, как святые Ангелы взвешивали его дела на весах правосудия Божия. На чашу добрых дел нечего было положить, кроме куска хлеба, брошенного нищему с досады, но и это остановило чашу с порочными делами, опускающуюся вниз. Петр понял значение сна и, покаявшись, совершенно изменил жизнь. Он щедро раздавал нуждающимся подаяние, питал и одевал многих. Однажды Петр увидел во сне Иисуса Христа. Господь был облачен в одежду, которую святой некогда подал нищему. Тогда Петр раздал свое имущество бедным и поручил своему рабу продать самого его в рабство, а деньги отдать нищим. Раб исполнил приказание хозяина. Много лет святой Петр безропотно и усердно трудился у своего господина. Однажды его узнали торговцы, которым он был известен ранее. Они сказали хозяину святого, кто его слуга. Услышав этот разговор, святой немедленно удалился из города. Уходя, он сотворил чудо: раб – привратник, глухой и немой, получив от праведного Петра именем Иисуса Христа повеление открыть ворота, исполнил приказание и обрел сразу слух и речь. Он поспешил обо всем рассказать своему господину и добавил, что из уст святого, когда тот повелевал открыть ворота, вышел огонь, коснувшийся его лица, после чего он стал слышать и говорить. Все отправились искать Петра, но поиски оказались тщетными: святой скрылся и до самой смерти оставался безвестным.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о