Как объяснить ребенку что такое прелюбодеяние

0
74

Оглавление

Грех прелюбодеяния

А что такое прелюбодеяние в православии{q} Когда люди будучи в браке изменяют друг другу, позволяют себе думать о другом человеке, очерняют их светлые чувства и разрываются на две половины. Седьмая заповедь Божья гласит: «Не прелюбы сотвори» (другими словами не прелюбодействуй).

В книге жизни написано, что каждый человек, который верит в Бога, обязан соблюдать 10 божьих заповедей. Они помогут обрести душевное умиротворение и смысл жизни. Так сложилось, что все люди в жизни совершают много греховных ошибок, нарушают заповеди, не задумываясь над этим, а потом ломают головы, как искупить грех прелюбодеяния. Для каждого человека важно понять смысл совершенного поступка, решить, осознать последствия прелюбодеяния и искренне покаяться перед Богом.

  1. Человек разрушает свою крепость – семью.
  2. Согрешив, человек опускается на дно, им управляют только природные потребности и желания.
  3. Репутация прелюбодея резко падает в глазах других людей.
  4. Прелюбодеи пробивают себе дорогу в ад и до конца своих дней вымаливают прощения у Бога.
  5. Лишаются душевного покоя и личного счастья.
  6. Прелюбодеяние приравнивается к воровству самого близкого и сокровенного.
  7. Похоть превращает человека в животного.
  8. Порождает неверность и грязные помыслы.
  9. Способствует появлению болезней и ранней смерти тела.
  10. Прелюбодеяние приводит к нищете и одиночеству.
  11. Разрушает взаимопонимание и любовь в семье.
  12. Бог за такой грех может лишить прелюбодея разума.

Церковными канонами предусматривается наказание за грехи совершенные под властью эмоций и желаний. За грех блуда и прелюбодеяния прихожан церкви отлучали от причастия на 15 лет, а священнослужителей лишали сана. Таким образом, демонстрируя, тяжесть совершенного, и показывая всем верующим людям, что так поступать нельзя.

Прелюбодеяние в мыслях

Таким образом, по учению Христову, чистоту сердца нельзя осквернять даже мыслями о прелюбодеянии. А супруги, состоящие в освященном Богом браке, должны хранить друг к другу супружескую верность и жить между собою в мире и согласии.

Призывая к чистоте сердца, Иисус Христос, прежде всего, призывает к чистоте мыслей и чувств, от которых зависят поступки людей.

А помыслы человека, по учению Иисуса Христа, должны быть чисты и свободны от плотских страстей и животных вожделений. Ведь сердце человека это вместилище переживаний и чувств, и в противоположность уму, вместилищу мыслей, символизирует собой чувственную сферу человеческого бытия. Поэтому из сердца и нужно изгнать греховные чувства, чтобы душа человека была чиста и не находилась в оковах зла.

Ситуация, при которой человек с вожделением смотрит на женщину, как раз и выявляет зло в виде похоти, которое задолго до встречи с соблазнительной женщиной таилось в тайниках сердца такого человека. А при встрече с женщиной это зло и проявилось в виде взгляда, полного вожделения.

Как объяснить ребенку что такое прелюбодеяние

Осуждая такой взгляд, Иисус Христос осуждает также и склонность людей к безнравственным зрелищам, к «похоти очей», которые разжигают в человеке греховные мысли и толкают людей на безнравственные поступки. И не важно, как человек смотрит на женщину, физическим взором или мысленным взглядом, он не должен смотреть с вожделением.

Как видим, в этих кратких словах Иисуса Христа содержится целая этическая программа по духовному развитию человека. Так как из этих мудрых слов Иисуса Христа следует, что человек, задолго до встречи с соблазнительной женщиной, должен развивать и совершенствовать свою духовно-нравственную сферу, изгнать из своей души греховные, в том числе и похотливые мысли и чувства.

И тогда такой человек, оказавшись в ситуации искушения, встретив соблазнительную женщину, не допустит по отношению к ней вожделенного взгляда и даст отпор злу тем, что проявит свою освобожденность от греха, плотских мыслей и похотливых переживаний, и продемонстрирует чистоту сердца своего.

Именно об избавлении человека от похоти, как одного из видов греха, и говорит Иисус Христос, призывая людей не смотреть на женщину с вожделением, противоставляя низменным чувствам и развращенности, чистоту сердца и души и морально-нравственное самосовершенствование.

Продолжение статьи Что делает прелюбодеяние{q} и Что можно сделать, когда человек виновен в прелюбодеянии{q} можно прочитать пройдя по ссылке.

Прелюбодеяние и блуд в чем разница

Как объяснить ребенку что такое прелюбодеяние

Нет четкого определения этим понятиям, каждый человек воспринимает веру и эти понятия по-своему. Зачастую, под прелюбодеянием понимают измену мужчины или женщины, которые состоят в браке, нечистоту в помыслах и сердце. Прелюбодеяние расценивается так же как предательство, как удар острым ножом в спину.

Блуд имеет более широкое значение, ведь человек совершает греховные деяния под влиянием природных физиологических потребностей, используя для этого разные средства, которые широко представлены на современных рынках. Также он своим внешним видом (очень короткая, вызывающая, яркая одежда и макияж) и раскованным, без всяких рамок приличия, поведением всячески показывает свое желание достичь удовольствия любым путем.

Таким образом, разница заключается в том, что в первом случае человек изменяет своей законной жене или мужу, с которыми возможно даже и повенчан, позволяет себе разрушить всю теплоту отношений, которую с таким упорством выстраивал, оно подобно наваждению.

Скоктание, или щекотание; страстное осязание и лобызание

«Скоктания и иные тмочисленные страсти не оскудеша от Мене» (Из мол. ко св. Причащ.). Если чувства зрения и слуха, с одной стороны, могут вносить в душу нецеломудренный помысл, а с другой – в сладострастном и удовлетворяют своим образом его плотскую похоть: то тем более чувством осязания, или самым прикосновением к другому полу, возбуждается и питается плотская похоть. Таково, например, щекотание в виде игры; таковы поцелуи или так же во время общей игры и по форме самой игры или же решительно сладострастные (еще хуже, у некоторых сектантов они прикрыты Христовою любовью, а у иных православных христосованьем во дни Пасхи: христосуются с другим полом только для того, чтобы испытать при этом приятное ощущение от прикосновения к другому полу); таковы страстные или любовные обнимания. Подобные-то прикосновения к лицам другого или даже одинакового пола (иногда, впрочем, они бывают случайными, ненамеренными) и порывают к действительному падению…: Скажут нам: «Любовные лобзания и объятия еще не оставляют никакого следа на теле, например, девицы; тело от них не растлевается. Что же тут смущаться{q}» Пусть так, ими нельзя доказать или изобличить следов нецеломудрия. Но тело девицы или юноши после этого уже не остается чистым от постыдного прикосновения, и эти незаконные поцелуи и объятия, как огонь, должны жечь совесть их.

Искушения во сне

Нехорошие ночные грезы иногда вменяются в вину, а иногда остаются без всякого вменения. Вменяются, когда например, человек в продолжении дня допустил сладострастный взгляд на лицо другого пола или такой же разговор с кем. Душа легко воспроизводит все это во сне, и вот человек подвергается осквернению и по душе и по телу. В другой раз человек засыпает с нехорошими мыслями. (Эти мысли предлагают ему и бесы блуда на том именно основании, или в такой надежде, что затем одной душе его, когда тело заснет и прекратится сознательная деятельность души и тела, – одной душе труднее будет бороться с искушением, которого задатки уже полагаются). А последние вечерние мысли, и особенно, на самой постели, важны. Они бывают главными во время сна и первыми по утру: что задано будет мельнице с вечера молоть, то она и работает (мелет) всю ночь. Таким образом, и опять застигает человека сонная греза, противная чистоте души и тела, хотя здесь и меньшая степень вины, чем после сладострастного взгляда, разговора или прикосновения; потому что здесь повод к ночному искушению не был поставлен пред глаза, а мысли о предметах отвлеченных, вообще, сопровождаются едва ощутительными движениями в нас.

Вменяется сонное искушение, когда происходит от многоядения и многопития, особенно от переполнения желудка жидкостью. Предаваясь излишней сытости, человек делает от себя дополнение к чувственному, а таким образом и дается ему знать то естественное движение, которое собственно предназначено для чадородия. (Вредит на сей раз также лежание на спине, а не на боках, покрытие себя слишком теплым одеянием). Но и пороки в характере духовном, как самомнение и обсуждение ближнего, иногда наказывают человека искушением во сне: тогда опять естественная страсть дает о себе знать, чтоб человек научился смирению, чтобы не почитал себя высоким. «Но за что же (скажут) винить человека, когда он в сонном состоянии не проявляет свободных действий, так как свободные только действия должны быть вменяемы{q}» Здесь человек подлежит ответственности за последствие того, что делал свободно и с сознанием, подобно тому, как нетрезвый обвиняется же в тех безобразных поступках, которые допустил без памяти и полного сознания. Может быть еще искушенный во сне и не помолился перед сном своему Ангелу-Хранителю, не осенял своим (нагрудным) крестом место своего ночлега, или постель, не крестился снова и не возносился мыслью к Богу после того, как пробуждаясь ночью, вставал и снова засыпал.

Но вот когда не было ни прямых поводов к искушению во сне, ни опущений молитвенных, за которые могло бы оно постигнуть нас; когда оно последовало от минутного лишь обращения мысли нашей к другому полу, притом – невольного обращения; когда оно застигло нас даже после поста и молитвы; словом, когда оно случилось, как естественное телесное движение (от множества влаг) или же очевидно по одной зависти дьявольской: – в этих-то случаях нет греха и чувству целомудрия нечего тревожиться от сонных грез: «яже суть безгрешна», сказано в церковных наставлениях. (Иногда же и молитвы нашей не было и постель или сами мы не оградили себя крестом, между тем искушения во сне не случилось. Здесь опять своя хитрость у врага. Он располагает нас не верить молитве и крестному знамению, и с этой-то целью оставляет нас в покое от ночного искушения, хоть бы мы вовсе без молитвы заснули). Пусть иным снилось бы и прямое совокупление с посторонним телом, иногда даже с умершим (например, вдове с ее мужем): опечаливать себя после этих скверных сновидений не следует. Только кто может – должен очистившись телесно (в случае самого истечения) прочесть «молитвы от осквернения». В затруднительном же случае может осквернившийся (как советуют святые подвижники) положить поклоны, например, семь раз по семь или… можно столько же прочесть молитву Иисусову. Надобно однако заметить, что сонное искушение собственно по зависти дьявола, без тех или иных поводов со стороны человека, не может повторяться часто. А твердые в правилах целомудрия или супружеского воздержания и совсем не подвергаются ему

Возобновление в памяти сонного соблазна

Это значит содействовать дьяволу, как участнику сонного нашего соблазна, в достижении его цели; потому, что он в теми между прочим намерениями и представляет нам во сне соблазнительные образы плотского греха, чтоб мы снова осквернили этой нечистотой свою душу, вспоминая ее. Например, яснее представляется сознанию, по короткости сна, тот сонный соблазн, который последовал во время послеобеденного отдыха. И вот кто, пробудившись, не воспротивится возобновлению в памяти того, что грезилось приятно для плоти: тот развращает свою душу и вызывает себя на грех. Это действия сознательные, свободные, и следовательно, вполне вменяются. Нет, и более верным средством к тому, чтоб реже или совсем не испытывать нам дьявольских искушений во сне, признается: не обращать на них внимания, забывать их, если особенно они бывают в одном сонном представлении, без телесного осквернения.

Истечения

Это скверные истечения кроме сна, или наяву. Если они происходят от слабости известных органов (подобно тому, как поврежденная, ослабленная плотина пропускает через себя воду), то слабость, или болезнь своего рода, не могла же прийти без нравственной вины человека. Но самые поводы, или случаи, при которых обнаруживается эта телесная слабость, всего яснее доказывают чью-либо вину. В самом деле, когда человек подвергается наяву известным истечениям{q} Когда вдруг встречает красивое лицо другого пола; когда ожидает для себя сласти греховной; когда с любопытством расспрашивает или выслушивает, как другим кем совершен был плотской грех; когда после самых коротких промежутков времени снова удовлетворяет половой страсти; когда, наконец, наедине думу за думой переводит в себе, представляя соблазнительные лица иного пола. Таким образом, и понятно, почему у святых подвижников истечения наяву называются «пределом блуда». И как же человеку не совеститься самого себя, когда он ходит или сидит, или разговаривает с другими, может быть, даже с семейными своими, а между тем сам весь в осквернении! Нужно, с Божиею помощью, подавлять в душе плотские пожелания, а тело утомлять, чтоб оно менее воевало. Нужно вспомнить о своем Ангеле-Хранителе, которому тяжело быть с тем человеком, который находится «в скверне плоти и духа» (2Кор.7:10).

Лишение себя невинности или целомудрия

Юношей также увещевай быть целомудренными» (Тит.2:6); «отвергнув и мирские похоти, целомудренно …жили» (Тит.2:12). Слова: «увещевай» (умоляй) и «отвергнув» (значит не без борьбы с собой) показывают, что целомудрие юноши или девицы должно быть сохранено не как-нибудь случайно, т.е. по отсутствию только поводов, соблазнов к потере его, и не по одному стыду ее стороны людей или из боязни родителей, но с сознанием, с твердостью, в чувстве страха Божия, с надеждою на награду от Господа Бога. «Случайно» только избегнуть растления себя, или оставаться целомудренным только в физическом смысле, а в душе не дорожить целомудрием, а внутренне не считать целомудрия подвигом и богоугодною добродетелью, – это еще не заслуга: пять юродивых тоже оставались девами, но пред ними затворены были двери в брачный чертог (Мф.25:10). Нет; важно, когда чья-либо девственная невинность, сохраняемая с начала и до конца жизни по особенному обету или без обета (т.е. по обстоятельствам, которые не благоприятствовали в свое время жениться или выйти в замужество), – важно, когда эта пожизненная девственность еще встречала себе искушения. Важно особенно, если девственница или девственник не усвоили себе от одиночества жесткого, или злого характера (а таков большею частью характер старых дев и холостяков): напротив, всегда и во всем в жизни держались и держатся духа евангельской доброты и терпеливости. К этому самому и может привести их разумное и строгое девство, как и вообще черты богоподобия беспрепятственнее и полнее отображаются или развиваются на чисто девственной душе, чем в людях, познающих сласть брака: «говорю это для вашей же пользы», внушает Апостол тем лицам, которые бы последовали его советам о безбрачном девстве (1Кор.7:35). В таком случае целомудрие их – жертва Богу самая чистая, добродетель самая высокая. Герои такой добродетели называются в апокалипсисе «первенцами Богу, первые» предстоят «у престола Божия (Откр.14:4–5) в царстве вечном. (И у язычников в древности известно было девство, целомудренные девы-весталки – служили в идольском храме и пользовались особенным почетом. Но в христианстве девственность, например, женского же лица, считается гораздо выше, независимее: здесь дева может и не поступать для священного служения в церковь, как бы священная какая вещь, может и не быть ни диакониссой, ни сестрой милосердия; она сама по себе, тем более с обетом монашеским, уже жертва Богу, «невеста Христова»). «Почему же девство не поставлено в закон, если оно столь высоко{q} Почему касательно его даются только советы»{q} Этим нисколько не умаляется достоинство его, а напротив возвышается. Значит, девство не иго закона; значит, ему предлагают быть, как жертве, как дару пред Богом.

Затем, до брака же и каждый, действительно, обязан сохранить полную девственность. Это сохранение так необходимо и дорого, что равняется понятию или представлению: «сохранить благодать крещения». Да, отроческая и юношеская девственность, с одной стороны, составляет первый нравственный долг человека, а с другой – жертва и заслуга пред Богом, потому что достается не без некоторой борьбы с молодостью лет, с препятствиями в себе и отвне. В Ветхом Завете лучшими жертвами считались: начатки плодов и первенцы животных, т.е. все первое, непорочное; так-то и целомудренная юность до брака есть святое жертвоприношение Богу. В тоже время это добрачное целомудрие награждает само себя. Устоявшие с Божиею помощью против всех соблазнов до замужества или до женитьбы получают и на целую жизнь в некоторой мере нравственную твердость характера, или устойчивость добродетели. Прекрасный пример на этот раз видим в целомудренном Иосифе. Иосиф, богобоязненно отвергнув искушение жены Пентефрия, показал в себе твердость духа и за этим временем, именно когда невинный попал в темницу (между тем другие в унынии еще скорее предаются плотской страсти); он устоял вообще в верности и чистоте пред Богом и тогда, как возвысился во всем Египте. Да, одна победа над соблазном для целомудрия, но победа самая крепкая, наделила Иосифа крепостью богобоязненного характера на всю жизнь (а надобно помнить, что это был соблазн мужчине со стороны женского лица). В Новом Завете святыми Божиими выходили большею частью те же лица, которые или во всю жизнь свою или (если обязывались браком) до брака сохранили благодать крещения, т.е. девство свое, как можно понимать особенно на сей раз чистоту вслед за крещением.

После этих рассуждений не очевидна ли тяжкая-претяжкая вина такой девицы или такого юноши, которые не дорожат своею девственностью, как богоугодной святыней, которые произвольно жертвуют своим невинным состоянием{q} О, какая плачевная жалость! Эти молодые люди отнимают у самих себя сокровище, которого уже нельзя им в полном смысле воротить, к которому они будут обращаться назад только с глубокими вздохами раскаяния. Они должны бы преждевременно обдумать страшные последствия своего падения, т.е. прежде того времени, как страсть возобладала ими друг к другу. Так как первое падение не тотчас же бывает, но лица двух полов взаимно себя обольщают: то тут-то особенно и надлежало быть стражем своей невинности. Отсюда видна нужда хранить себя вообще против грехов «сердечной похоти». Скажут: «для всех падающих остается покаяние и исправление жизни; так и потерявший целомудрие может же снова уцеломудриться по телу и по душе». Но здесь падение особенное. Падший или падшая – хоть бы однажды только-уже перестали быть всегда юными, или детьми о Христе. Они не остаются более неведущими зла, которое и могли бы знать, только со стороны тяжкой вменяемости пред Богом (в теории, а не на самом деле). Это первое. Затем, они несчастные поставляют себя в затруднительное положение в отношении к самим себе. Они может быть думали только испытать сладость полового греха, а потом и остановиться. Но нет! Им уже нельзя не бояться и гораздо труднее избегнуть новых падений: и железо снова ломается в том месте, где сначала надломилось. Как редки примеры, чтоб однажды нарушившее целомудрие (особенно лица мужского пола) снова не падали тем же грехом! Горькое бывает сожаление после первого падения и полагается намерение не падать более: но первый сильный соблазн, и снова повторяется грех. Эти люди должны держать себя в постоянном напряжении и страхе, если хотят удержаться от нового падения (и менее они несчастны, а более близки к милости Божией, если остановятся на первом падении). Они должны переиспытать борьбу с такими помыслами, какие раньше, в невинном состоянии, совсем не были страшны им и не приступали к ним, подобно тому, как в огороженном саду недоступен бродячий скот. Наконец, говоря собственно о лице женском, которое потеряло свою невинность и которого вина не осталась тайною, – такая девица поставляет себя в неприязненное отношение и к другим, для которых особенно близка ее временная и вечная участь, с которыми тесно связана ее честь: это, например, родители ее или вместо родителей воспитатели, это братья и сестры ее. Между тем как посторонние для нее, например, подруги, только обегают ее и пренебрегают ей, – семейные же едва не проклинают ее за падение. Когда же она выйдет в замужество: тогда жених ее, не знав ничего об ее вине, увидит себя обманутым, высказывает горькое раскаяние в своем выборе. Посему церковная епитимия за блуд, даже и самая меньшая, полагается до 8 лет (Вас. Вел. 38), как за тяжкий грех пред Богом и людьми, как за безрассудство против своего счастья. Но рассуждают: «иное молодое лицо женское или мужское теряет свою невинность только по излишней своей невинности или по неопытности, по незнанию зла, на которое решается; следовательно, для него не должно быть нравственного вменения греха». Не спорим, – возможны такие жалкие, несчастные случаи падения. Однако и самая молодая юность разве не могла сознавать неприличие и неправильность прикосновения к себе чужого тела{q} Что же до тех, которые решаются расстаться со своим целомудрием уже в 25 лет, то это самые неразумные и тяжкие грешники; потому что они уже пережили особенно пылкие лета и, озираясь назад, должны были бы только благословлять Бога за свою невинность: – они совсем погубляют прежний свой подвиг.

О! Как с одной стороны истинно счастливый тот человек, который собственным ли чувством страха Божия или более предостережениями добрых людей остался и остается целомудренным! Но с другой, как злосчастен, жалок произвольно жертвующей своею невинностью! В первом случай счастье, а во втором несчастье, люди опытом дознают особенно в дальнейшие годы после своей молодости. Пусть можно угодить Богу еще более покаянием, чем девством – это известная истина: тысячами примеров можно подтвердить ее. Но сколько же тут и особенной трудности! (Например, чего стоило Иакову Постнику загладить пред Богом потерю своего девства и одно только падение во всей жизни! Он в продолжение 10 лет находился заключенным в своей пещере, как в могиле, не позволял себе и взглянуть кверху). О, все те, которые еще остаются в состоянии девства до брака или совсем не имеют надежды на брак! Умоляем вас «апостольски», или по примеру Апостола: пожалейте же себя, не отдавайте ни за какие сокровища этого сокровища – своего девства! Пусть где-нибудь в жарком климате и камни от зноя распадаются, а вы не допустите сгореть на себе девству. Когда святым подвижникам и подвижницам, сохранявшим себя в девстве и целомудрии, предстояла опасность расстаться с девственностью своею и пасть в беззаконный блуд, они и бегали, оставив самое платье свое, если могли убежать, и умоляли и устращали казнью Божиею тех, которые соблазняли их ко греху, и представляли себе картину вечной муки пред самые глаза. (Известен пример, как пустынник, приняв ночью в свою келью блудницу, которая притворилась заблудившеюся в пустыне, и очутившись всего на шаг от блудницы и от греха, – как он жег персты своих рук над свечей, чтоб предощутить будущий огонь адский и остаться целомудренным) (Древ. Пат. гл. 5,40). О, нынешние юноши и девицы! Вас умолять к сохранению целомудрия Церковь имеет во сто раз более побуждений или опасений, чем в свое время умолял апостол Павел. И мы тысячу раз умоляем вас «быть целомудренными»!

Незаконная беременность

«Она беременна от блуда» (Быт.38:24). По-видимому, лишение себя девства и забеременение – соединенный грех. По-видимому, здесь нет новой вины в сравнении с тою девицею, которая также лишила себя девства, но не подверглась беременности. Но это только по-видимому. Беременность для стыдливой сколько-нибудь девицы или же женщины, не имеющей мужа, составляет явное Божие наказание за грех их, и, так сказать, публичную епитимию им. А этим самым указывает на особенные обстоятельства в их грехе, которые увеличивают их вину. Так, может быть, иная пала в кругу или сожительстве таких лиц, со стороны которых видела только хорошие примеры поведения. Другая может быть решилась на падение после многих предосторожностей, для которых поводом была замечаемая в ней вольность, но к которым, она не хотела оказать внимания. Может быть, это был для иных уже не первичный грех, т.е. не первоначальное лишение себя девства или вдовьего целомудрия или супружеской верности (в отсутствие мужа). Нет, – грех их повторялся неоднократно, но только не оставлял после себя в таком роде следа. Между тем при тайности его они, падающие, еще пользовались именем честных, не осуждая себя в душе, а даже осуждали и горделиво осмеивали других за подобную жизнь.

Во всяком случае, последствия незаконной беременности представляют большое зло. Так, забеременевшая делает великую обиду самой себе. Она пристыжает себя пред всеми; лишается приличного себе жениха или остается навсегда непристроенной (незамужней); подвергает себя опасности лишиться благословения от родителей, которые живы и чрезмерно огорчены ею: но во всяком разе лишается их нежной любви, которую они даже и готовы были бы по прежнему питать к ней, может быть, за свойства ее кроткого характера, но уже не могут; безумно обрекает себя на страдания – носить бремя, родить и воспитывать незаконное дитя; сама поставляет себя в такое положение, что ей приходит новая, страшная мысль – избавиться от беременности истреблением своего плода; видит опасность замучиться в родах и явиться на тот свет, не успевшею показать плоды покаяния; в первой беременности может и не догадаться, что непраздна, и не знать, когда придет «год ее», время разрешения от бремени, потому что естественно стыдится или боится с кем-либо поговорить о своем страшном положении; а отсюда, родив вдруг и в доме же родительском, страшась плача своего младенца и не придумав ничего раньше, – как обеспечить его и себя, тотчас посягает на его жизнь; так или иначе родив дитя, не дает ему возможности лепетать сладкое имя отца, лишает его вместе с тем удовольствия разделять детские радости с братом или сестрой, потому что их нет или не должно быть; заставляет дитя большею часть вырастать на чужих руках; а главное – передает ему, как зачатому незаконно и сладострастно, наследственную наклонность к сладострастию (Числ.14:18). Боже мой! Какая же все это безжалостливость забеременевшей к самой себе и к своему плоду! Затем незаконная беременная женщина грешит против других, и прежде всего – против своего родного дома: например, если это девица, то ее беременность поражает, как гроза, всю семью, весь дом; от такой неожиданной грозы проще члены семьи и не знают куда скрыться: каким же неожиданным врагом для своих родных делается забеременевшая! Иногда еще она решается оклеветать невинного, как научит ее обольститель (таких примеров немало видим в житиях святых). А сколько она вызывает на себя соблазнительного говора или пересудов! Не отталкивает ли она от себя одним видом своей беременности, и, так сказать, не пугает ли каждого честного человека, который волей или неволей встречает ее (К беременным же от законного брака чувствуются, напротив, уважение и сострадание). И вот совокупность всех этих обстоятельств, несомненно, увеличивает пред Господом Богом вину незаконной беременности и дает основание смотреть на этот грех, как на грех, особый от потери целомудрия! Как же бы деве или вдове из-за одного опасения могущей быть беременности не устрашиться греха и не оградить себя от падения всеми силами! Ради чего это, несчастная, обрекает себя на тысячу сожалений, на позор людской и на множество неприятностей и страданий{q} Ради только кратковременного услаждения грехом. А стыд-позор от незаконной беременности будет иметь силу между людьми дотоле, пока по милости Божией будут оставаться в людях стыдливость и честность, сознание явного греха грехом. О, безумие! О, несчастие девицы, решающейся на грех против 7-ой заповеди! Не говоря уже о всех прочих винах по лишению себя девства, не должна ли бы ее устрашить эта одна мысль, что может она забеременеть и родить{q} А что такое дело и естественно и легко, могла же бы она знать, как и не скрывают этой страшной возможности от каждого еще невинного лица настоящие строки. Особенно преступна решимость на новый и новый грех такой девицы или женщины, которая согрешая неоднократно, пощажены были от зачатия. Как же могли они знать, что после которого-либо из новых падений не застигнет их беременность{q}

Предлагаем ознакомиться:  Ведьмы кто они такие

Но с незаконно беременною женщиной должен разделять участь ее в отношении позора людского, справедливого гнева родителей ее и ответственности пред Богом и тот, который сделался виновником ее беременности. Если же этот человек и не изобличается обстоятельствами в своем грехе; если он ускользнул от суда гражданского и не преследуется общественным мнением – пред всевидящим и правосудным Богом он злой преступник. Хоть бы ему и не говорила девица или женщина пред совершением греха: «если бесчестишь меня – можешь ли взять меня и пропитать», но такая речь должна была слышаться в его душе перед грехом. Итак, он должен спешить пока не застигла его кара Божия, спешить принести самое слезное покаяние за беззаконную беременность, которой сделался виною. К епитимии вообще за блуд ему присоединяется еще особая епитимия.

Обольщение невинного лица

Как в раю дьявол обольщал Еву: «что яко рече Бог» и проч.: так лукавый мужчина прельщает невинную девицу. Обольститель и говорит о невинной сладости плотского греха, и уверяет в ничтожной вине его, или вменяемости, и успокаивает ее за тайность и бесследность дела, а чаще всего представляет скверное дело под видом чистой любви; ублажает ее неразумную самыми нежными именами, предлагает ей подарки, обещает на ней жениться; словом, употребляет во зло ее невинность и неполное ведение, пользуется слабостью ее пола. Когда же он достигнет своей цели; тогда также скрывается со всеми своими обещаниями от жертвы своего соблазна, как скрылся от Евы дьявол-искуситель, выполнив свой замысел. Часто развратник первый же насмеивается над той, которую обольстил. Таким образом, здесь мы видим полное подражание дьяволу–искусителю. Но искуситель в раю проклят: не подобной ли участи подвергает себя и каждый, кто соблазняет невинную девицу или прельстил уже многих невинных, достигнув на этот раз какого-то сатанинского искусства или обаяния{q} Олоферн с первого дня, как увидел красивую Иудифь, искал случая обольстить ее, зная о ее чистоте жизни: и было попущено промыслом Божиим погибнуть ему от скоропостижной смерти (Иудиф.12:16–17;13:6–9). А если само женское лицо обольщает невинного юношу или целомудренного мужчину: «тенетами (мягкостью) устен (в блуд) привлечение его» (Притч.7:21); в таком случае грех тем преступнее, чем более женскому лицу дано от природы стыдливости. Да, Господь Бог по Своему промышлению о людях оградил мужской и женский пол взаимною стыдливостью, и этим качеством в особенности наделил женщину. Итак, со стороны женщины величайший это грех, когда она убив в себе стыд, обольщает невинного юношу или целомудренного мужчину, сама первая предлагает им постыдное дело. При таком-то бесстыдстве со стороны женщин (если бы оно повторялось часто) «не бы спаслася всякая плоть» (Мф.24:22). («Дочерью дьявола» назвал один подвижник женщину, которая дала слово пред развратными мужчинами лишить девства и, не успеть в своем дьявольском намерении, тут же отдала свою душу. Только чудотворная сила подвижника воскресила ее от смерти, и затем она обратилась навсегда к Богу (Древний Патерик 5, 40))

Насильственное растление

«Жена Пентефрия употребила насилие над целомудренным Иосифом, хотя Иосиф и остался непобедим (Быт.39:12). Здесь видим прямое грабительство или настоящий разбой. Высматривают удобный час, когда напасть, нападают на сонную, на одинокую, на беззащитную, часто с угрозами убить, затворяют дверь, завязывают руки, не дают кричать или же поставляют невинную в такое положение, что и крик-жалоба не помогли бы ей в свое время, не оправдали бы, а скорее послужили бы к большему бесчестию ее. Эта обида несчастной девице, равно как родителям или родственникам ее, столь тяжкая, что, говоря по человечески, трудно забыть ее. Чем может загладить ее в отношении к растленной растлитель{q} не тяжелее ли его обида всякой брани, всяких побоев и самого увечья{q} По правилам св. Апостолов этот человек отлучается от Церкви, и вместе с тем, будучи холостым, обязывается взять за себя изнасилованную, хотя бы она была и убогая (Прав.68). Вина изнасилования тяжче, если виновный в насилии имел власть или надзор над невинной, как например, господин над своей служанкой или опекун или врач, и если он употребил еще над невинной истязания. Страшно и представить такие вины!»

Любодеяние, соединенное с насилием над другим лицом

Такому любодейному изнасилованию подвергалась, но спаслась от него, Сусанна, имевшая мужа и детей (Дан.13). Пусть здесь нет растления, или насильственного отнятия девства, пусть насилие употреблено над такой девицей, которая раньше потеряла целомудрие, или над вдовой или над замужней женщиной. Но это блуд более преступный, чем по обоюдному согласию полов. Преступно насилие нравственному чувству изнасилованной. Слова нет, что девица согрешала же раньше. Но она не желала в данное время согрешить или, может быть положила твердое намерение никогда более не падать этим грехом. Но вот грубая сила порабощает ее своей страсти! Тем более преступно поругание над честной вдовицей; потому что и имущественная какая-либо обида вдове (например, отнятие у нее имения) почитается одним из самых тяжких грехов; а здесь ограбляется честь, целомудрие.

Наконец, изнасилование замужней женщины (кроме сластолюбия) заключает в себе такие вины: тогда оскверняется честность чужого христианского брака; делается великая обида бедному мужу изнасилованной. В том случай, когда изнасилованная, избегая стыда или не имея никого свидетелей, не может вступиться за себя, а особенно, обеременев незаконно, и не может доказать пред своим мужем, что беременность ее от насилия. О! тогда сугубое отмщение ожидает безобразника от Самого Господа Бога.

Любодейным насилием частью почитается и такой блуд, когда кто, обольстив невинную девицу или вдову, затем подчиняет ее своему влиянию, как бы приковывает ее к себе; потому что сильна его природа и преобладает над несчастной его мужской характер. Обольщенная и лишенная целомудрия уходит от своего соблазнителя, и опять приходит к нему, так как не имеет силы воли; не питает она к нему любви, и идет за ним, как «вол идет на убой и как пес на цепи» (Притч.7:22). Не мириться бы ей с пороком, восстать бы от падения в такой верной надежде, что ее скоро простит Бог: и она была бы на пути спасения. И действительно, в своей порочной жизни эта падшая девица или женщина менее виновна, чем ее соблазнитель. Но горе, горе соблазнителю!

Подпадение чьему-либо насилию

С первого раза представляется, что грех насилия вменяется только тому, кто насиловал, а не лицу здесь страдательному; потому что со стороны последнего была противная воля. Однако ж бывают такие обстоятельства (прежде или совместно), которые в некоторой мере делают виновным пред Богом и насилуемое лицо. Так пусть иной хранил свое девство; но он может быть безразборчиво говорил про свою невинность с другими; притом, не был воздержен в питье вина, «в нем же (скажем и здесь) есть блуд» (Ефес.5:18). И вот, завистливые и неблагонамеренные люди, желавшие сравнить его с собой по нарушению седьмой заповеди и посмеяться над ним, угостив его вином до беспамятства, лишили его цeлoмyдpия! (Твердые же в страхе Божием, когда товарищи их насильно завлекали в свой круг для попойки и с целью развратить, бегали и в окна). Так иная не берегла себя при своих выходах из дома, от семьи; не стеснялась оставаться на несколько времени одна в совершенном безлюдье с мужчиною; свободно входила по делу к неизвестным мужчинам (например, по торговле какой, по мытью белья), а также не ограждала себя в совместных или близких по расстоянию ночлегах от мужского пола: но так она поступала по одной рассеянности или в духе самонадеянности. И вот, лишив себя спасительной охраны Ангела-Хранителя своего, она подвергается насильственному растлению. Так некоторые «нечисты и в самой чистоте своей», т.е. при физическом девстве или вдовьем целомудрии они вполне растлили свою душу любовными песнями, которые привыкли петь и слушать, романическим чтением, вольностью обхождения с мужским полом, слушанием рассказов о том, как иная где уловила в свои сети мужчину, и наоборот. И вот для них насилием бывают только первые порывы со стороны насилующего, или одна неожиданность греха: но они не борются до конца с насилующим или же прямо поддаются страсти, для увлечения которою иногда достаточно двух-трех минут. (Совсем иначе поступали богобоязненные девственники и целомудренные люди, когда подвергались чьему-либо насилию: одни из них лучше решались принять смерть мученическую, чем отречься от Христа и вместе с тем лишиться своего целомудрия (Четь-Мин. под 13 апр.); другие добровольно делали себе иные страдания и лишения, чтоб в минуты насилия не почувствовать чужой страсти; третьи же старались убедить (и убеждали) удержаться от греха которые подобно им тоже никогда не осквернялись, но которые, обладая над ними большею физическою силою и пламенея страстью, готовы были насиловать их (Луг дух.гл.38): эти насилуемые с первого раза будто и уступали, но между тем у них была умная мысль только продлить время, чтоб в насилующем прошел порыв страсти). Итак, только для следующих лиц изнасилование нисколько не поставляется в вину и составляет, действительно, одно несчастье: кто не мог ни убежать, ни кричать о помощи или же кричал, или кричала, но «не бы помогаяй» (Втор.22:26–27) им; который или которая сопротивлялись до последних сил и не соуслаждались чужой похоти; над которыми были употреблены истязания или была особенная власть; которые подверглись блудному осквернению в беспамятстве, или в неестественном сне, что произошло также помимо их воли и было злоумышленно подготовлено тем же насилующим лицом. В подобных то случаях блудное изнасилование равняется тому, как бы напал убийца.

О, лица целомудренные и не желающие потерять целомудрие! Вооружитесь заранее твердостью воли против всякого бесстыдного обращения к вам какой-либо личности другого пола! Помните пример Иосифа, которого и несколько раз насиловала одна и та же жена Пентефрия, но он не послушался и не убоялся ее (Быт.39:10).

Деторастление

Деторастлитель есть губитель и души и тела той или того, которых растлевает. В лицах растленных им прежде времени, т.е. до половой зрелости, преждевременно же и пробуждается страсть. Так, например, девица, от 12 до 14 лет, ознакомленная со грехом невольно, с употреблением во зло ее невинности и неведения, затем уже произвольно предается греху, если нет для нее сторонней усиленной поддержки: девства, которым она могла бы дорожить, уже лишилась, и эта потеря большею частью не остается тайною для других. Итак, не в ответе ли пред Богом за ее распутство останется растлитель ее, хоть бы он сам, может быть, вразумился и перестал согрешать любодеянием{q} Потом: чем рановременнее растление дитяти, особенно девицы, тем более оно влечет за собой опасность жизни и непременно приносит вред здоровью. А если ранорастленная, действительно, пойдет путем порочной жизни, то скоро настанет для нее вообще истощение сил или жизни: для молодого цветка, когда его срывают и засыхание быстрее. О, какая же это безжалостная решимость со стороны возрастного человека растлить дитя! Растленный мальчик или растленная девочка, по словам Номоканона, «яко сосуд проседеся» (как жалкий разрушенный сосуд), и требуют освящения (Ст.186). Справедливо Церковь карает за этот грех 12-летнею эпитимиею (Треб. Свящ., гл.37)). Деторастлением почитается и вообще совокупление взрослого с девицею прежде 14 лет, хоть бы эта девица уже была лишена невинности и хоть бы произвольно соглашалась на сожитие.

Похищение из дома девы или замужней, а то и бегство их самих для гнусной похоти

Фараон взял к себе от Авраама красивую Сарру и хотел сделать ее своею женою, думая, однако что Сарра еще незамужняя: этим поступком он вызвал от Бога на весь дом свой тяжкие удары, от которых избавился только тем, что возвратил похищенную Сарру в свое место (Быт.12:15–20). Да, можно и похитить или девицу из дома родительского или замужнюю от мужа, похитить обманом или насилием. Если же затем похищенная будет лишена чести, то тут допускаются и обман и кража и непозволенное сластолюбие и тревога ближнему (ближний здесь родители или муж похищенной). Похищение замужней или помолвленной невесты более виновно, потому что им нарушается обязанность к браку. Церковь отлучает от себя за этот поступок виновных на три года (Вас. Вел.,30). Впрочем обман может быть скоро понят, и похищенная должна бы тотчас бежать или возвратиться домой. И вот если она не бежит или напротив сама еще решилась на бегство для гнусной похоти, если это бегство ее делается началом преступного сожития: в таком случае видим наглость блуда обоих этих лиц, гнусную измену девицы дому родительскому, повод с ее стороны к громкому говору о себе в народе и безумною доверие своей судьбы обольстителю. Отец пускается в погоню за беглой дочерью, а мать ложится в постель от горькой печали. В конце всего бежавшая остается ни с чем: ее бросает обманщик, которым иногда бывает и человек женатый, значит не могущий же жениться на ней. После этого вина похищенной совершенно равняется вине похитителя. О, дерзкий похититель! Зачем же ты отнимаешь у ближнего твоего последнюю овечку (Ин.4:18){q} Действительно, у иного отца или у иного мужа и всего достояния была только дочь или жена.

Наложничество

Может быть также и мужчина наложником: подобно тому, как нецеломудренная женщина бывает «на содержании» мужчины (в роде какой-то убогой), и мужчина иногда для той же цели живет в доме и на средства посторонней для него женщины. Затем, наложничеством надобно считать сожитие с лицом другого пола даже и разное, т.е. в разных домах или квартирах, но только известное всем или многим. Это не просто блуд, но блуд явный, окрепший. Когда человек холостой тайно падает плотским грехом, тогда менее преступности в его грехе. Почему же{q} потому что в этом случае можно еще предполагать его борьбу со грехом и падение его только в силу особенного соблазна. Но когда кто живет с наложницей, тогда по всей справедливости говоря, нет никакой борьбы этого человека со страстью, тогда соблазн поставлен им пред глаза на каждый день и час: так сказать, он сел у самой воды и хочет пить беззаконие, как воду. Эта-то непрерывность греха или неготовность прекратить любодейную связь и составляет «смертную вину» наложничества. Часто или нечасто падают между собой наложники, не этот здесь главный вопрос. Преступно то, что они не прерывают своей связи, что не делают ни одного шага вперед, чтоб исправиться, сами себя не разрешают от греха. К непрерывности же блуда их присоединяется и открытость, бесстыдство его. Наложники уже не таятся со своею срамотою. Нередко, например, бывает, что наложница не принадлежит к числу слуг, даже не называется и «экономкой», не прикрывается стыда ради именем родной сестры или близкой родственницы. Нет; она уже сама имеет прислугу, управляет хозяйством в доме; помещается в одной комнате с хозяином дома или квартиры; не прячется от посторонних глаз, напротив, выходит в гостиную к посетителям и гостям, именуется от своего сожителя нежным именем друга, везде выходит и выезжает с ним из дома; не скрываясь и не стыдясь носить от него беременность.

Как же Церковь смотрит на такую жизнь{q} Зная, когда и кому оказать снисхождение, а кого подвергнуть строжайшему суду, Церковь «явленнаго блудника или прелюбодея» (Треб.свящ. гл.109) не только не допускает к св. Причастию, но даже не дозволяет ему переступить чрез порог храма и не удостаивает того, чтоб принять от него какую-либо жертву в храм, например, свечи, заздравную просфору. Да! По смыслу церковных правил имеющий наложницу или живущая наложницей должны обратно унести из церкви свое пожертвование. К ним и обыкновенная, или срочная, епитимия (за блуд 7 лет, а за прелюбодеяние 15) не имеет применения. Они считаются совсем отлученными от Церкви, пока не прекратят своей связи. Невольно после этого рождается вопрос: ради чего же так человек отчуждает себя от святыни, от самой церкви, в которую все прочие входят беспрепятственно{q} Ради каких удовольствий он делает себя «отлученным, изверженным», живя иногда с наложницей не год или два, а целую жизнь{q} Ради только чувственных побуждений, а иногда вместе с тем по сочувствию к уму, образованию, мягкости души своей сожительницы. Между тем всем этим желаниям мог бы он удовлетворить законным порядком – в христианском браке. Сладки, значит, «краденые воды» (Прит.8:17)! И собственное счастье, которое можно было бы найти в приличной женитьбе, ни по чем; и душа и суд церковный – для него ничто. Лишь бы ему жить противозаконно, – называться и писаться, где нужно, против совести холостым, а иметь у себя непотребную женщину. Чернота и тупоумие в жизни!

О, живущие между собой наложничеством! Не посрамляйте Церкви свою языческой жизнью! Церковь запрещает вас и чуждается, хоть видимо, может быть, вы и пользуетесь еще правами сынов и дщерей ее, хоть успеваете вымолить себе у священнослужителей ее разрешение во грехах и приходите к св. Причастию. Церковь вместе с тем и сама молит, убеждает вас прекратить преступную связь. Послушайте ее голоса ради собственного счастья, особенно вы, мужчины, которые могли бы найти себе прекрасную чету для законного брака! Послушайте внушений Церкви более всего для того, чтоб не губить своей души! Употребите, с Божиею помощью, решительные меры к прекращению своей позорной связи. Если нужно вам для этого и переменить дом, квартиру, даже уехать в другое место для жительства или ради службы, переменяйте, уезжайте. Действительно, перемена – перемещение на этот раз отлично помогут вам. Поспешите разорвать на себе узы, которые теперь,куда бы вы ни пошли, везде с вами!

Разврат

Когда кто согрешает блудом часто и с разными лицами, это называется «развратом». Разврат бывает «тайный», как замечается у Сираха: «человек преступаяй (оставляет) ложе свое, глаголя: стены закрывают меня, и никто же мя видит» (Сир.23:24–25). Тайно мужчина проводит или призывает к себе в дом для похоти ныне одну, а завтра иную непотребную женщину, или же вне своего дома пользуется каждым случаем обольстить и склонить ко греху лицо другого пола.

Разврат, затем бывает «публичный», в так называемых «домах терпимости»: «создала ecи себе храм блудничий… и разложила голени твоя всякому мимоходящему» (Иез.16:24–25). В этих домах бывает «на вся дни и нощи веселие светлое» (Лк.16:19) и нет другого занятия, как только прием развратных посетителей, как торг за свою и чужую плоть, как пирования, песни, ревность и ссоры: здесь не найдете ни одного уголка чистого или святого, но все осквернено и пропитано развратом.

Разврат, наконец, бывает «по страсти развитый», как видим в примере двух старцев, которые «быша уязвлены похотию» на Сусанну (Дан.13:10). Если страсть к разврату не будет подавлена вначале, то об этой-то страсти, в ряду других страстей, по преимуществу мы должны сказать, что она тем чаще предъявляет свои позывы, чем более удовлетворяется. Например, какой-либо девице стоит только некоторое время провести в явном разврате, и она, жалкая, слишком медленно будет исправляться, если и решится исправиться ради слез своей матери или после убеждений со стороны родных. Ей у родных кажется скучно, а в позорном доме, в котором она побывала несколько времени или которого быть знает по слуху, там воображаются ей музыка, смех, ночное пение… Крепится она несколько времени, и потом вдруг показывает себя точно в лихорадочном припадке. Она бежит от своих, бежит иногда прямо в дом непотребный, и там видят ее как бы иступленною, помешанною: она и смеется и плачет. Это почти то же, что запой пьяницы, повторяющийся время от времени. Мужчина же, у которого и половое чувство пробуждается позже, не оставляет разврата в самой седине своей, если во все периоды жизни и во всех состояниях ее, т.е. и до брака и в супружестве, предавался разврату и если еще, соблюдая воздержание в других случаях, например, относительно употребления вина, пользуется крепким телосложением и здоровьем. А когда будет изнемогать его тело: он искусственно возбуждает в себе похоть. Так как страсть разврата состоит в падении с разными лицами, то разнообразием то лица она и раздражается или поддерживается.

Но как бы плотский разврат ни проявлялся, он отвратителен сам по себе, губителен для души и тела человека и в высшей степени противен Богу. В нем уже решительно нет ничего благородного, возвышенного; нет личной или особенной любви к другому полу: ныне на час любовь (животная) обращена к тому человеку, а завтра – к другому; нет ни малейшей верности и даже требования (претензии) на верность; нет часто и вкуса к красоте, а также и разбора в равенстве лет: похоть обращается подчас к человеку безобразной наружности, пожалуй, к полоумному, а также к старому или же к старшей себя по летам. Словом, развратник как беснующийся похотливый скот: для него и нет ничего святого, лишь бы удовлетворялась его скотская похоть. Порок его пагубно отзывается на умственных способностях и силах его, вообще на душевном настроении. И это происходит от той естественной причины, что мозг и половые органы у человека находятся между собой в тесной связи. Таким образом, у развратника притупляется память, теряется способность и охота к умственным занятиям, слабеет дух до младенческого малодушия и до притупления ко всему высокому. Ни геройства, ни самоотвержения в добродетели не ожидайте от этого человека: он весь делается плоть и кровь, каким-то жидким, вялым, способным только для чувственности. Даже обыкновенного внимания в дневных занятиях у него не достает: занимаясь должностными или хозяйственными делами, он помышляет о близости темной ночи, когда бы мог снова предаться наслаждениям плоти. Разврат губит жизнь, особенно в молодых летах, и особенно у тех людей, которые расположены к чахотке и которые, между тем, нарушив свое целомудрие, своею-то болезнью еще более подстрекаются к похоти. От него, особенно в связи с нетрезвостью и курением табаку, человек скоро хилеет, делается без волос, без цвета в лице и живости в глазах, наконец, и преждевременно сходит в могилу.

Это один из семи смертных грехов пред Богом, кроме всего сказанного, и вот почему. Тело христианина имеет тесную связь с Телом Господа Иисуса Христа: христианин есть как малейший член Тела Христова, так что все христиане, взятые вместе, принадлежат к одной главе, или для всех их, как для одного тела, одна глава Христос (1Кор.6:15). Тоже самое тело, которое мы носим, носил и Господь Иисус Христос: Он ввел пречистое Свое Тело в общение с Божеством, или с Своей Божественной природой. И вот развратный человек «уды» то «Христовы» творит каждый день или весьма часто как «уды блудничи» (1Кор.6:15)! Какое тут отдаление от жизни со Христом, а вместо того – сближение с дьяволом! Дьявол, как дух, хоть не может творить блуда; но любит блуд, любит его за то, что им человек всего более отдаляется от Бога и Христа. Не без глубокого же основания святые подвижники рассуждают, что «ничто столько не радует бесов в человеке, как блуд развитый до разврата» (Лествица). Не напрасно же слово Божие с особенным уверением (не льстите себе) учит, что «ни блудницы, ни прелюбодеи, ни сквернители царствия Божия не наследят» (1Кор.6:9–10). Так! это истинная угроза. И над теми-то, которые не раз только блудники или прелюбодеи, а во всю почти жизнь свою, над теми она и сбудется. Тело развратника, любившее воспламеняться блудною страстью, будет гореть в огне геенском; любило оно благоухания, мягкость, теплоту, тучное питание (мясом) и вино, как средства подстрекающие к половому наслаждению, и будет на том свете терпеть во аде смрад от «огня и жупела» (Апок.21:8), крайнюю и вечную тесноту во всем. Снова поставим вопрос: ради чего же человек развратный подвергает себя такой страшной участи{q} Ради «временного греха сладости» (Евр.11:25). Да! если какой грех особенно есть временная сладость, так это половое совокупление вне законного брака. Стоит ли из-за этой временной сладости греха обременять в настоящей жизни свою совесть{q} Не страшно ли из-за нее губить свою душу на веки веков{q}

Предлагаем ознакомиться:  Молитва николаю чудотворцу о помощи детям

О, вы несчастные, которых совесть обличаете в разврате или которых развратная жизнь уже всем известна! Хоть раз испытайте себя: способны ли вы перенести вечный огонь во аде{q} Положите, например, пальцы свои над горящей свечой или будьте в сильно нагретой бане. Конечно, вы не перенесете болей от огня. Но что же вы готовите себе в будущей жизни{q} Где надеетесь взять крепость сил, чтоб там претерпевать жгучесть вечного огня{q} Думаете ли, что его совсем не будет{q} Нет, никакими убаюкиваниями ни от себя, ни от других вы не уничтожите его: слово Божие уже тысячи раз оправдывало себя. Можно уничтожить, или предотвратить от себя, вечный огонь одним только покаянием, и не в минуты лишь исповеди, но на самом деле. Не мы предрешаем вашу участь, но слово Божие. Мы сами также грешны и страшимся последнего суда Христова. Но грех разврата плотского, наравне с другими смертными и чрезмерными по тяжести своей грехами, ужасает нас, как ужасен он для каждого православного и богобоязненного христианина. Итак, подумайте, други, о своей судьбе! А чем дальше будете откладывать эту думу, тем еще опаснее. Подумайте!

Сводный брак (в расколе)

«Благослови их», сказано о первом браке, который был еще в раю (Быт.1:28); «только о Господе», говорит апостол Павел о заключении брака между христианами (1Кор.7:39). Еще не все. Тот же богодухновенный апостол учит: «тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви» (Еф.5:32), (т.е. по отношению Христа к Церкви). Таким образом, брак для истинно верующего, во-первых, есть благословенный, а во-вторых, носит на себе печать тайны духовной, т.е. изображает собой любовь Христа к Церкви, или ближе сказать к душам людей. Истинные христиане с первых же времен, смотря на брак этой высокой точки зрения, связывая его с мыслью о Самом Христе, признавали необходимым церковное освящение его или благословение чрез законнопоставленных священников; они находили венчание необходимым именно для сообщения мужу и жене той особенной благодати Божией, которая бы помогла супругам осуществлять (оправдывать) на деле таинственное значение брака. Отсюда брак есть таинство. Спрашивается: кто же в расколе благословляет брак жениха и невесты и кто может сообщить жениху и невесте Божию благодать для супружеской их жизни{q} Благословения родителей на этот раз недостаточно; оно может только предшествовать браку и должно быть само по себе. (Тем-то вот более сводный брак в расколе и вредит раскольникам, что, обольщая своею законностью, не дает им видеть своей вины). Но «ныне этот брак разрешен правительством»{q} Разрешен и дозволяется он, это верно; но не более как естественный союз, подобный тому, какой существует у магометан и язычников, принадлежащих к подданству одного государства. Разрешен он без всяких высших нравственных целей, за одну лишь потребность его в государственном благоустройстве; потому что связи семейные составляют основу государства. Истинная же церковь Христова не может признать и благословить этого брака, так как он не имеет ничего общего с отношениями Христа к христианам. Разрешен он, как только мера вынужденная обстоятельствами, или прямее сказать – по жестокосердию (самих раскольников). Да, раскольники не хотят покориться условиям христианского, церковного брака. И чтоб, с одной стороны, оградить их произвол: отгонять от себя жен, когда им вздумается, а с другой – удержать от бегства самих жен, – положено записывать их брак (вместо церковных метрик) в книги от светских начальников. После этого брак их поступает в ведомство просто какого-нибудь сельского управления, а не состоит под покровительством Церкви (волость сделалась для раскольников дороже Церкви!). В этом самом, действительно, видим мы нечто подобное тому, как Моисей по жестокосердию только и по неразвитою евреев, с целью предотвратить между евреями многие переходы жен к мужьям, не более, как по этому, дозволил им разводы но с книгою отпускною (отпущения) (Втор.24:4). И так не очевидно ли, что сводный брак в расколе после того как дозволен правительством нисколько не возвысился и не узаконился в смысле правил веры{q} Напротив, он еще унизился и окончательно признан, как только естественный брак, так что после этого живущие сводом ничем не лучше «язычников»{q} О, заблудшие раскольники! И для вас нравственность христианская не другая может быть, как для нас православных христиан. Но вот вы, отчуждив себя от Церкви, лишаете себя возможности и в семье жить с спокойною совестью! Для язычников, потому что они язычники, брак их все-таки законный союз, а не блуд. Для вас же, так как вы христиане, «свод» ваш уже блуд. Поэтому Церковь православная, заботясь о вашем обращении, с готовностью присоединяет к себе и тех из вас, которые на первый раз ищут присоединения к ней только ради венчания брака.

Гражданский брак, устроенный без церковного венчания, или только одобрение такого брака

И самые язычники в древности не иначе заключали брачный союз, как обращаясь за содействием к своему божеству. Этим они невольно выражали, что брак есть особенное, торжественное событие в жизни человека, что он выше обыкновенного договора, который бы утверждался гражданскою властью и который можно было бы по обстоятельствам переменить или ограничить. А в христианстве брак есть такое же таинство, как крещение, причащение и другие, да еще он таинство «великое», как говорит апостол Павел. Заменить его гражданским, сравнить его с обыкновенным договором (договор-контракт заключается у нотариуса: по нему, обыкновенно, что-либо продается или покупается), значит главным образом лишить его той нерасторгаемости и того обеспечения, какие сообщает ему Церковь, раздаятельница Божией благодати. Значит это сорвать с него тот прекрасный венок, которым увенчал его в Новом Завете Господь Иисус Христос. Значит снова низвести женщину в то унизительное состояние, в каком она находилась в Ветхом Завете, а особенно у язычников. В гражданском бракe женщина постоянно должна беспокоиться за дальнейшую свою участь, так как упадок ее красоты или раньше этого какая-либо неприятность в семье дают повод ее мужу тотчас же сменить ее другою и третию: а если она мать детей, то должна сдерживаться от сильной привязанности к детям и семье, т.е. сдерживаться в самых естественных и невинных своих чувствах; потому что не знает верно, – кому же достанутся дети в случае развода, хотя бы и должно принадлежать право воспитания их стороне невинной. Какое же это расстройство жизни! (В Англии, например, только легко допускается развод, а гражданский брак еще не узаконен. Но как же там пала женщина, как жестоко обращаются с ней!) Да, гражданский брак нисколько не серьезен и легко угрожает разрывом (особенно слабейшей стороне), если не завтра, то послезавтра. В нем, если и произносятся слова: «люби всегда, или до конца жизни, вечны симпатии», то без Евангельского смысла. В нем любить и терпеть мужу свою жену, и наоборот, не обязательно. Таким образом, человеку легкомысленному, нетерпеливому и необузданному в своих страстях и делается скучным, тягостным до конца самой жизни любить, а часто и терпеть, одно и то же лицо, любить и держать при себе волей и неволей это лицо. Тогда прежде всего он легко допускает супружескую неверность, а затем решается прекратить брак, женится снова. Но посмотрите на христианский брак. Как он обеспечен! В нем любовь мужа к жене, равно как жены к своему мужу, каждый раз снова оживляется таким напоминанием: «как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее» (Еф.5:25). В нем супружеская любовь и преданность опираются или утверждаются на особенной благодати таинства. Нет; гражданский брак или только одобрение и желание его – новизна в жизни христианина ни с чем несообразная; – новизна самая дикая, придуманная главным образом мужчиною, чтоб он мог с необузданною свободою удовлетворять плотской похоти. (В России у нас нет гражданского брака и он не может быть. Но существует его имя в открытом наложничестве и, к глубокому сожалению, многими уже одобряется идея его). Для тебя, православный христианин и добрый сын Церкви, – пусть будет отвратительно одно имя «гражданского брака»!

Падение в кумовстве или же с самой крестницей, вообще – в духовном родстве

Вместе принявшие кого-либо от купели еще не состоят между собой в родственной (духовной) связи и даже могут вступать в законный брак друг с другом. Но с теми, у которых они приняли, и тем более с самим крестником или крестницей находятся в духовном родстве: в отношении к первым они соотцы, а для последних – отцы. И так превращать столь близкое духовное родство в скверну плотскую, падать в блуд с родственниками по духу, или по церковному обязательству, – это, без сомнения, грех. Блудная связь на сей раз даже преступнее, чем с плотскими родственниками. Тяжесть греха видна и из церковной епитимии за него. Согрешившие с теми, у кого приняли от купели, т.е. с кумовьями в ближайшем смысле, подвергаются епитимии в продолжение 11 лет (Треб. изъявл. нуж. пр. гл. 32), а допустившие грех с самим крестником или с крестницей даже до 20 (там же, гл.33); по правилам других канонистов блуд с крестницей, или духовной дочерью, (страшно сказать!) равнялся бы блуду с родной матерью (по номок. постн.). А также в древности был закон: не продолжать более супружеского сожития мужу и жене в том случае, если, они не намеренно сделались восприемниками собственных детей. А это случалось во время многолюдных крещений перед Пасхой над оглашенными: воспринять-то они хотели посторонних, а тут в замешательстве от стечения народа восприняли своего возрастною сына или дочь, а таким образом сами себе сделались кумовьями. Итак, ты, христианин, – рассуждай об всем по духовному и не слушай тех, которые рассуждают, будто тело кума-кумы, крестников такое же как и у других, и будто нет греха в совокуплении при кумовстве.

Кровосмешение

«Взошел на ложе отца твоего» так говорил сам отец своему виновному сыну (Иаков Рувиму). И этот грех в семье Иакова беспокоил праведника даже до последних минут его жизни (Быт.49:4): столь он возмутителен! Апостол Павел с сильными обличениями восстал против кровосмесника в коринфской Церкви и даже не удостоил виновного своего слова, но говорил о нем другим, выражая тем крайнюю бесчестность его поступка: «дабы изъят был из среды вас сделавший такое дело» (1Кор.5:2). Всего преступнее кровосмешение в первой степени родства и в нисходящей линии, т.е. старого с молодым, например, деда со внучкой (Лев.18:10), свекра с невесткой (Лев.18:15). Гражданский же закон в этом случае судит без различия вероисповеданий, т.е. даже и магометан или язычников). Кровосмешение родного брата и сестры осуждается как убийство (Вас. Вел.67). Затем, грех с мачехой наказывается отлучением от Церкви (6 Всел. собор); за падение с двумя сестрами или с двумя родными братьями, а также с сестрою жены, виновные подвергаются 11-летней епитимии (Треб. свящ.), с женою брата (т.е. с невесткою 10-летней, с двоюродною сестрою тоже 10-летней, а с троюродною – 6-летней). Вообще за кровосмешение нет епитимии менее 9 лет. Кровосмешением считается любодеяние и в таких степенях родства или свойства, в которых законный брак мог бы совершиться только по особенному разрешению от епархиальной власти. Чем же столь тяжек этот грех{q} Тем, что в нем человек открывает «срамоту кровных» (Лев.18) своих. Неистовствуя похотью, разрушает те пределы стыдливости и неприкосновенности к единокровному телу, которые положила сама природа, например, между братом и сестрой: в этом случае значит человек не умеет оправдать доверия от самой природы. Наконец, кровосмесники производят физическое расстройство в самой жизненной стихии своих организмов, именно в крови (в науке оно называется «возмущением крови»). Здесь и припоминается казнь, на которую осудил коринфского кровосмесника апостол Павел: «предать сатане во измождение плоти» (1Кор.5:5). Не тот смысл этих слов, чтоб грешник навсегда отлучен был от Церкви Божией, кроме которой уже остается область сатанина, но чтоб злой дух измождил его тело, чтоб плотский грех в плоти же был наказан какою-либо болезнью. После всего этого нам с тобой, добрый читатель этих правил христианской жизни, остается стыдиться и печалиться за подобные плотские грехи даже и в других: «слышится в вас», обратил свою укоризну Апостол на одного кровосмесника ко всем христианам в Коринфе.

Падение или постоянная связь с иноплеменным лицом

«Начал народ блудодействовать с дочерьми Моава… И воспламенился гнев Господень на Израиля» (Чис.25:1,3). Здесь вина падает на лицо православное, и некрещеный нисколько не разделяет ее. Грех судится преимущественно со стороны духовной; потому что то тело, которое освящено водою крещения, миропомазано и соединяется с Телом Христовым в Таинстве Причащения, то вот тело христианин соединяет для блуда с телом некрещенного. Это значит (как было сказано на одном из вселенских соборов) «с частью Христовою (совокупляти) жребий грешников» (6 Всел.,72). Правилами церковными православному воспрещается и только мыться вмести в бане с каким-либо некрещеным (там же, пр.11). Запрещается вступать (вновь) в законный брак с лицами иноплеменными по вере – с язычниками, магометанами и проч. Тем строже, значит, должна быть осуждена беззаконная связь с иноплеменным лицом. Потом ко греху любодеяния здесь прибавляется нарушение указанных в законе отношений к неверующему, – нарушение, которое грозит чистоте веры. Особенно безобразно и преступно, когда кто ищет согрешить (и согрешает ) с иноплеменным телом из похотливого любопытства. О, православный или православная! «Господь телу» (1Кор.6:13) вашему: а вы между тем, имея блудное сожитие с иноплеменными и неверующими лицами, уходите в область противную сатанинскую!

Малакия

Об этом грехе следует особенно сказать: «блудник грешит против собственного тела» (1Кор. 6:18); т.е. тогда как в других грехах члены тела, например, язык, руки или ноги, бывают только орудиями, а грехи представляются вне, или дальше, здесь же самый грех совершается в теле. Тайность и доступность этого греха зарождают его и поддерживают. В самом деле, здесь не нужно (как втайне мыслит рукоблудник) лицо другого пола, чтобы удовлетворить похоти: похоть дома около себя; и просить о ней никого не требуется, и опасаться за отказ нечего и следы греха составляют свой собственный секрет. Оттого-то между прочим этому пороку предаются не только мужчины, но и женщины, не только молодые, но и престарелые, не только вообще падшие блудом, но даже не испытавшие полового совокупления, как например, отроки и отроковицы, даже люди равнодушные к другому полу, например, холостые к женщинам. Особенная же сладострастная чувствительность, которою сопровождается малакия, развивает этот порок до такой степени, что рукоблуднику связывают руки с целью удержать его, – что он бессознательно (во сне) рукоблудит, что и естественным удовлетворением половому побуждению, т.е. даже женитьбою или замужеством, он не всегда излечивается от этой болезни. Тут особенно видна в теле человека связывающая его волю привычка: удовольствие, которое испытано телом этого дня, завтра в тот же час снова требуется со стороны тела; удовлетворенное завтра, требование того же удовольствия на третий день повторяется еще с большею силою, и так далее. Но какой это ужасный порок! Справедливо природа наказывает за него столько, как не казнит ни за какой другой грех. Рукоблудник (онанист) и тупеет памятью, и худеет лицом, и теряет зрение, и дрожит (руками), словом – весь делается, как «бродячий мертвец». При таких казнях со стороны самой природы, Церковь уже с меньшею строгостью относится к виновному: она не подвергает его многолетней епитимии, как наказывает других грешников, но только назначает ему подвиги, помогающие исправиться от порока, например, сухоядение и по 100 поклонов в продолжении 40 дней (По прав. Иоан.Пост.). Читатель описываемых пороков! Поистине нам нужен с тобою плач Иеремиин над теми, которые узнали на деле этот противоестественный порок, как это в особенности детей, не имеющих родителей, и дети взрослые в учебных заведениях!

Муженеистовство

«Мужчины, оставив естественное употребление женского пола, разжигались похотью друг на друга, мужчины на мужчинах делая срам» (Рим.1:27). Это и называется грехом содомским, за который Бог не потерпел городов Содома и Гомморы, истребив их огнем. Значит это грех вопиющий на небо об отмщении. Вместо женского пола человек прельщается мужскою красотою (в мальчиках), делает над мужчиной то, чего нет и в похоти скотов.

Гнусность неописанная! Праведный Лот до того гнушался и боялся этого греха (хоть и присмотрелся к нему в содомлянах), что когда содомляне пришли к нему и нападали на его гостей с целью осквернить их, то он предлагал развратникам собственных дочерей для естественного совокупления (Быт.19:4–9). (Не хотел Лот в самом деле или решительно пожертвовать честью своих дочерей ради того, чтоб не допустить в своем доме греха мужеложства. Нет; но он только думал отвлечь содомлян от их намерения, делая им такое неожиданное и отважное предложение; он надеялся выиграть время, пока Господь вступится за него и поставит преграды злу). По словам апостола Павла дойти до этого противоестественного греха значит, так сказать, «быть выдану Богом»: «потому предал их Бог постыдным страстям» (Рим.1:26). По правилам же церковным мужеложник подлежит 15-летнему запрещению (Вас. Вел.62). О, читатель! Помни между прочим на сей раз для себя или других такое испытанное предостережение: «не спать на одной постели с отроками, когда сам молод, ни с человеком и равных лет» (Древ. Пат. гл. 5,сказ.45).

Ознакомление невинного лица с малакией и муженеистовством

Правда, бывают люди, которых никто не научал малакии, между тем как они повинны этому греху. Дав волю своей внутренней, или сердечной похоти, они сами сочинили для себя этот грех, а вернее сказать, враг-диавол был на этот раз их учителем. Первые опыты греха они делали не сознавая ясно, что это грех; так особенно самооскверняются лица женского пола, которые по стыдливости своей не открывают никому своей тайны, но с развитием в себе страсти (как и мальчики) обыкновенно начинают уединяться. За то все остальные самоосквернители, а особенно мужеложники, не были бы такими несчастными, если бы не научены были противоестественному блуду кем-то со стороны или увидели случайно этот соблазн на других. Горе-несчастье увеличивается от того, что большею частью здесь ознакамливают старшие молодых. (Притом, и на этот раз употребляется иными насилие… В женском поле так же одни других научают малакии и делают ее совместно). А ознакомленный с каким-либо противоестественным грехом, будет быстро стремиться к нему сам по себе, например, 10-летнему ребенку стоит только быть наученным малакии, а затем он иной раз не поддается самым заботливым мерам со стороны, когда хотят остановить его от порока (так бывает в фабрике, в школе, в заведении, но все реже – в сельском быту). Детским то неразумием и поддерживается страшное зло. За сугубую малакию и сугубая назначается епитимия, как мужчинам, так и в женском поле: вместо 40 дней сухоядение распространяются на 80 дней с 50 поклонами каждый день (Вас. Вел.,62). И какое в самом деле бремя берет на свою совесть человек, например, пожилой, который ознакомляет детей с мужеложеством и сам растлевает их! Всегда ли он может затем отыскать этих детей, чтоб остановить их мольбой и слезами от порока, которому научил{q} Скорее же можно с собственного горького опыта предупреждать совсем невинных (например, в товариществе, между родными братьями), чем остановить наученных.

О, бесстыдные распространители противоестественного блуда! Если бы вы вспомнили своевременно такую угрозу слова Божия: «ни малакии, ни мужеложники… царствия Божия не наследуют» (1Кор.6:9).

Женонеистовство

«Женщины их заменили естественное употребление противоестественным» (Рим.1:26). Здесь не только противоестественность любодеяния, но и ничем неизвиняемая похотливость плоти. Всякий иной противоестественный блуд может еще вначале возникнуть из-за того, что плоть бесилась, а удовлетворить ее естественным путем трудно или невозможно было, так как не находилось лица другого пола. А так то зародившись противоестественный грех и поддерживался привычкою. Но здесь нет никакой нужды в противоестественности: на самом естественном ложе лицами двух полов допускается совокупление неестественное; еще страшнее этот грех, когда допускают его законные муж и жена. Такой отвратительный блуд мог внушить человеку и опять только дух лукавый; или же он переносится мужчиною на женское лицо в силу привычки к мужеложству. Посему он вполне равняется греху «содомскому», т.е. также есть грех вопиющий. И епитимия за него определяется не менее как 15-летняя. Эту епитимию несет также женское лицо, если оно добровольно покорилось неистовому требованию мужчины. В случае же насилия или грубого требования со стороны мужчины, хоть бы то был и законный муж, – по правилам церковным женщина имеет право тотчас открыть эту тайну духовному отцу: «аще же насильствует зол муж, тогда жена да известит духовным» (Номокан. ст. 42). О, повинные этой блудной гнусности! Подумайте, каким стыдом покроетесь вы за нее на страшном суде, когда Господь «осветит скрытое во мраке» (1Кор.4:5)! Убойтесь имени вопиющего греха! Это ведь тот же вопль, какой относится в Св. Писании к крови убиенного Авеля (Быт.4:10), к «угнетению нищих и убогих» (Иов.34:28) и к мученическим пыткам над кем-либо за веру (Апок.6:10). Вами угнетаются, разрушаются самые права природы: ваш грех так велик, что не имеет нужды ни в признании ни в свидетелях, но вопиет сам за себя, призывает мщение-наказание от Бога самым действием своим. Поспешите же навсегда прекратить его и раскаяться в нем! Будьте готовы понести за него какое-либо посещение Божие и молите Бога, чтоб не подвергнуться посещению тяжкому. Господь многомилостив к тем, которые каются пред Ним искренно!

Скотонеистовство

Это последняя и крайняя степень сладострастия. Но в заключении о различных видах телесного блуда прежде всего скажем, что стоит только не воспротивиться первоначальному падению в этот грех, а после первого падения не положить сильнейших преград ему, и человек становится близок ко всякой блудной скверны. Где только есть плоть, туда и влечет его враг-диавол: влечет как к лицам того же пола, коли нет разных полов. Затем, если не будет совсем посторонней – человеческой плоти; тогда некоторые (как мы видели) допускают телесный блуд и без участия иного тела. Душегубец дьявол сильно располагает человека к противоестественным грехам; потому что эти грехи более тяжки пред Богом и более вредны для души и тела. Наконец, когда не бывает плоти ни другого пола, ни одного и того же, или однородной человеческой, тогда-то вот дьявол влечет плотоугодника и к скотской плоти. Так происходит скотонеистовство, в котором видим и насилие другому роду, – твари неразумной, между тем как человек поставлен над животными господином. И слово Божие и Церковь страшно карают за скотонеистовство: «всякий скотоложник да будет предан смерти» (Исх.22:19). Даже и животное, которое сделалось жертвою человеческого сладострастия, не бывает терпимо: оно по закону тотчас убивается (Лев.20:16), как оскверненное. (Нельзя ли и скотоложнику побояться, что первая же молния падет на его голову{q}). В церковных правилах допустившие этот грех из пожилых осуждаются на пожизненную епитимию, т.е. до самой смерти (Анкир. соб. 16); но и молодым определяется епитимия не меньше 15 лет (Вас. Вел. 67). (Скотонеистовство допускается не только мужчиною, но и женщиною. Со стороны женского лица оно бывает особенным образом, в форме будто бы менее отвратительной; но в таком разе оно скорее обращается в страсть, а труднее изобличаясь, чем уличное, остается неисправимым!). Здесь-то особенно удерживает нашу пишущую руку тот, кто сказал: «о том, что они делают тайно, стыдно и говорить» (Еф.5:12) Но, читатель, твоею и моею душой овладевает ужас при мысли, как губят и душу, и тело повинные этому проклятому блуду! А доводит до него нетрезвость, праздная комнатная жизнь и приближение к себе скота, будто друзей каких.

Извинение в других плотского греха разными предлогами

«Не сообщаться с блудниками» (1Кор.5:9) сказано. Между тем как многое говорится к извинению плотского греха! Например: «Половое совокупление такая же естественная потребность, как есть и пить». Но не всегда безгрешно и то питание, которого требует природа. Например, есть и пить краденое или силой захваченное у другого тоже грех. Так точно и удовлетворять половому побуждению воровски, вне законного брака, а иногда с насилием другому лицу, без сомнения, составляет грех. Затем: нисколько неверно, будто половое сообщение естественная потребность, подобная питанию или сну. Нет: оно составляет необходимую потребность только в общечеловеческой жизни, как причина и цель продолжения рода человеческого, а отнюдь не может быть названо необходимостью и чем-то обязательным для каждого человека (1Кор.6:1). Апостол Павел, излагая учение о законном браке, несколько раз повторяет совет свой и о безбрачии, которое без сомнения не иначе должно быть, как полное девство или как полное целомудрие после законного брака возможное, впрочем, по усердию и в брачных узах. Неоднократным повторением своего совета он как бы выражает желание, чтоб совет исполнили сколько можно большее число лиц. Совет не возводится, скажем, и здесь в смысле закона; однако же он идет свыше, а не от одного апостола, или не просто он человеческий. Это видно из того, что Апостол, предложив такой совет, заметил: «а думаю, и я имею Духа Божия» (1Кор.7:40). Но возможно ли было бы высказать такой совет, и в таком именно обширном виде, если б подчревная потребность была естественною, необходимою{q} Сильнее хотят доказать естественность дела самым делом, – говорить: «кто же из тех, которые имеют здоровое и хорошо питаемое тело, кто сохраняет себя целомудренным{q} Значит, человеку нельзя обойтись без половой страсти. Значит, она естественна». Из такого рассуждения (как увидим) выйдет совсем противное заключение. Вот без хлеба и воды никто не может прожить: это и значит – естественная потребность, не составляющая греха. Но без полового совокупления все-таки многие обходятся, значит, оно к неизбежным естественным потребностям не относится. Например, одни соблюдают себя от всякого вида блуда до 25 лет и более, и так не только лица духовного звания или строгого христианского воспитания, но и миряне и люди необразованные, не только девицы, которые дорожат женихами, но мужчины. Другие, оставшись вдовцами и вдовицами, совсем не помышляют о блуде или же противятся возникающим о нем помыслам. Но есть и до конца жизни не оскверняющие себя никаким видом телесного блуда, не заменяющие для себя этой страсти (как иные за необходимое признают) другим чем, например, запоем в вине. Обратимся к слову Божию, которое для верующего достовернее всяких слов. Слово Евангельское ясно уверяет нас в возможности вместить человеку от младенчества и до конца жизни девственность: «кто может вместить, да вместит» (Мф.19:12). И действительно, церковная история, равно как жития святых, представляют много примеров всегдашнего в жизни девства; в Ветхом Завете это были по преданию Илия и Елисей, в Новом – после Божией Матери – Предтеча, апостол Иаков, Иоанн Богослов, Павел апостол, дочери архидиаконов Николая и Филиппа; затем – в тот же апостольский век, или до образования монашества, при Игнатии Богоносце в Филадельфии известно было и целое общество дев (посл. Игнатия к Филад., гл.4). О монашестве, как о целом звании лиц, отказавшихся от половых отношений, здесь и говорить нечего. Что же касается до силы этих отношений, которая будто бы непреодолима и замечается в людях повсюду, то «сначала не было так» (Мф.19:8) в природе человеческой. Но и теперь этим доказывается скорее упадок нравственности людей, чем естественная надобность в половом сообщении. Есть места, где разврат гуляет, но есть местности, где о нем и не слышно и нет почти примеров незаконных рождений. Спаситель представляет целый ряд людей, для которых естественнее не любить, чуждаться полового соития, чем сколько-нибудь стремиться к нему: «суть скопцы, иже из чрева материя родишася» (Мф.19:12).

Предлагаем ознакомиться:  Можно ли снять приворот с мужчины без его ведома и согласия? — ПОСЛЕДСТВИЯ ПРИВОРОТОВ

«Зачем же врачи, которым известнее физиологическая жизнь человека, признают необходимым и неизбежным половое общение{q}» Затем, что они односторонне смотрят на человека, т.е. только как на организм без духовного начала. Нет; у человека есть дух. И если дух его очищен от всего низкого и плотского, если он усвоил своему духу дух Евангельской веры и глубокого страха Божия: в таком случае он властелин над плотью, силен препобедить не только половые требования или пожелания, но и на некоторое время самые естественные потребности, как, например, пищу во время поста. В какой степени дух христианина может возвыситься над плотью в интересах служения Богу, можно видеть в примере тех угодников Божиих, которые и законно могли познать друг друга мужской пол и женский, потому что приняли брак и жили не врознь, а вместе или в ближайшем соприкосновении, однако ж не познали себя взаимно. Почему же{q} По взаимному святому согласию оставаться девственниками, как например, Хрисанф и Дария (Четь-Мин. под 19 марта).

«Отказ себе в удовлетворении половой похоти вреден». Совершенно напротив. В таком случае человек нисколько не истощая себя, делается еще крепче и здоровее: лишь бы он не вознаграждал себя за то внутренним саморастлением, не занимал бы своего воображения до страстной охоты соблазнительными представлениями. (В древности удерживались от плотских половых влечений те люди, которые приготовляли себя к чему-либо высокому или от которых ожидали чего-либо особенного: из этих то людей выходили и физически сильные – силачи).

«Что это за грех{q} Вот зло сделать человеку, действительно, составляет грех». Не делать зла или вреда ближнему – это само по себе. Но и блуд непременно остается блудом. Если б в нем не было греха и порока; то почему же блудник выбирает себе темную ночь и вообще глухой час и глухое место, чтобы удовлетворить своей страсти{q} Почему он стыдится своего греха{q} Зачем, будучи в сущности дела бесстыдным, однако ж притворяется стыдливым пред женским полом, например, когда застанут его одетым не в полные одежды{q} Тут и самый притворный или лицемерный стыд не говорит ли о стыде действительном, которому следует быть когда, например, при другом поле произносятся слова или допускаются движения нецеломудренные{q} Не доказывает ли этот стыд, что таинственность отношений между мужским и женским полом естественна, и сорвать с нее покров было бы грубостью, неблагородством{q} Нет: развратный это совсем притворные слова говорит, будто половое сообщение вне законного брака не порок и не стыд. В первую минуту после своего грехопадения он не то чувствует в своей совести. Тотчас то совесть его стыдится этого греха еще более, чем других грехов. Этому греху преимущественно свойственно слово «падения». Тут человек весь падает, всем телом: «блудник грешит против собственного тела» (1Кор.6:18). После других грехов и самых тяжких, например, грабежа или побоев ближнему, человек еще не чувствует себя оскверненным всецело, не омывает рук, идет в свое место и по прежнему занимается своим делом. А после блуда он особенно живо ощущает стыд и зло, гнушается самим телом своим, омывает свое тело, думая чрез это хотя сколько-нибудь сбросить с себя гнусности. Но если бы и все в примирительном духе относились к падению с другим полом вне законного брака, вина порока от этого не сглаживается пред Богом: «блудников же и прелюбодеев судит Бог» (Евр.13:4), сказано. Да, Бог судит и строго рассудит, если люди не умеют и не хотят осудить.

«Молодость, пылкость лета… Молодая вдова…». Но так извиняющие плотской грех ужели не оскорбятся и не содрогнут, если и родная их сестра-девица, увлекшись молодостью, потеряет целомудрие{q} Невинная-то молодость еще лучший оплот против похоти плоти; а молодость падшая скорее требует со стороны других вразумления, взыскания и надзора, чем того, чтоб извинять ее.

«Мужчине грех – ничего: он не красная девица». Но почему же мужчина менее будто обязан сохранять свою невинность, чем девица или женщина{q} Если женщина, действительно, имеет больше стыдливости, которая может удерживать ее от постыдного дела; то мужчины взамен этого больше твердости воли. Человеческие законы, обыкновенно, пишут мужчины, а не женский пол. Поэтому и не мудрено, что мужчины, постановляя закон о целомудрии и верности женщин, себя-то не обязывают к равному целомудрию, самим-то себе на этот раз делают послабление. Но не так бывает в законах Божиих. Здесь заповедь: «не прелюбодействуй», «бегайте блуда» (1Кор.6:18) в равной степени относится и к мужчине, и женщине. Слова же «кто смотрит на женщину с вожделением» относятся к мужчине, хотя нельзя устранить здесь и женщину: потому что Иисус Христос полагал общие законы; говоря, по-видимому, к одному мужчине, который есть глава жены, Он в то же время давал наставление и женщине. Мужчина (говорят) не красная девица и согрешив на себе следов не оставляет». Но разве быть целомудренным, девственным нужно пред людьми только, а не первее всего пред всевидящим и всесвятым Богом{q}

«Невозможно тем, которые близко обращаются с лицами другого пола, воздержаться от плотского падения. На половой страсти спотыкаются самые умные люди и высокие личности, которые воздержны во всем прочем, тверды очень в других правилах жизни» Для кого невозможно или трудно воздержаться, тот и женись: «во избежания блуда, каждый имей свою жену» (1Кор.7:2). Не трудна ли заповедь: «распинать плоть свою со страстями и похотями» (Гал.5:24). Однако эта заповедь дана для всех. Заповедь же не прикасаться к другому полу еще не есть общая и непременная; совет же о чистом безбрачии по немощи людей относится не ко всем, а предлагается полной и доброй воле нашей. Обуздывается только животная сторона дела, и для этого-то установлен брак. Пусть естественное отношение у законных мужа и жены то же, что и у такого мужчины и такой женщины, которые временно или постоянно совокупляются между собой. Но первые сохраняют естественное достоинство человека, а последние – нет. В жизни первых законность, а в сожитии последних – беззаконие, или первые живут в порядке воли Божией, а последние выступили из воли Божией и покорности Богу. Наконец, тело первых при христианском воздержании есть «не блужению, но Господеви», не отторгается оно от Христа, но как муж так и жена – оба остаются «Христовы» (1Кор.6:13); тела же последних не могут быть Христовыми и только остаются «блужению»; потому что «совокупляющийся с блудницей становится одно тело с нею» (1Кор.6:13). Тем же, которые разжигаются, совсем не на что ссылаться или жаловаться. Господь Бог, собственно говоря, ничего не требует от нас противного нашей природе. Так и особая заповедь Его в Десятословии против блуда не отвергает совсем влечения к другому полу. Повторяем: кто не может воздержаться, тот женись или вступай в замужество. Больше тут и рассуждения никакого не должно быть. Запрещение: «кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействует» уже не относится к законному браку; на законную жену можно смотреть, сколько угодно. Но если невоздержный не хочет воспользоваться этим позволением вступить в брак, и-согрешает; в таком случае пусть знает, о себе, что он преступник закона Божия, скверный блудник, и пусть уже не сетует, если Господь Бог накажет его за грех. (А присмотревшись к ходу своих дел, если в душе его еще есть сколько-нибудь веры и страха Божия, он и не может не заметить над собой, что Бог наказывает его за противозаконную жизнь, например, болезнью какой или неуспехами в чем) Препятствие же к самой женитьбе могут быть устранены твердою волею и во всяком случае должны быть принесены в жертву закону Божию, который запрещает блуд, как смертный грех.

После всего этого решительно не может быть никаких извинений для плотского греха. Ты, благочестивый христианин, никогда не слушай тех, которые, согрешая этим грехом, еще отстаивают его! Этим они еще более укореняют в нем и самих себя и подобных себе. Враги они Божии и святой Церкви!

Попущение близкому лицу согрешить блудом

«Увидели (Сару), что она женщина весьма красивая…, и вельможи фараоновы и похвалили ее фараону; и взята была она в дом фараонов» (Быт. 12:14–15). Явилось в городе особенной красоты новое (женское) лицо, и вельможи хотят послужить чувственности царя: напротив, так как они были ближе других к царю, то должны бы еще отвлечь его от греха. Здесь видим прямое подстрекательство к блуду. Но затем виновны, на сей раз, и только недосмотр, не предостережение. Так как к падению этим грехом близок каждый человек и, не говоря о падениях изысканных, подготовленных, какие бывают вообще со стороны лиц мирских – светских, случаи такого жалкого падения постигают иногда и людей духовной жизни, если эти люди лицом к лицу станут или будут поставлены к соблазну, если не убегут от соблазна: то на этот раз излишне доверие вообще честности лиц, соприкасающихся наедине другому полу. После сего неправы те, которые покидают знакомое лицо в месте соблазнительном и опасном для его целомудрия. Тем более виновно неудержание близкого человека от греха, когда он прямо идет ко греху; так иные ходят со своими товарищами в непотребные дома, хоть сами так и не согрешают. Тяжко виновны совет, научение и содействие близким своим относительно плотского греха; так некоторые рассказывают своим невинным еще сверстникам о совершении этого греха и о том, чем легче или скорей можно прельстить невинную; другие предоставляют своему холостому товарищу женское лицо для преступного сожительства. Виновны родственники и близкие люди, когда не стараются отвлечь уже падшее лицо от связи, например, чтоб вызвать его куда-либо для прогулки (в имение какое или в город) и чтоб таким образом прервать связь. (Святые же Божии особенно берегли своих ближайших и решались на самые смелые меры, чтоб только сохранить их от насилия или увлечения ко греху плотскому; так Авраамий священник и затворник сам пошел в непотребный дом под видом старого плотоугодника, чтоб оттуда возвратить свою падшую племянницу (Четь-Мин. под 29 окт.); так, когда один товарищ-брат не мог удержать другого от входа в непотребный дом, то все-таки не оставил его одного пойти, но остановился у ворот этого дома и плакал, пока он был там (Луг. дух., гл. 26); другой также не допустил своему близкому пойти одному для скверной цели, но сопровождал его, убеждая на каждом шагу удержаться от греха (Древ.Патер.гл.5,ск.31). За то они и спасали падших или предостерегали готовых пасть). Как и нам с тобой, добрый христианин, будет благодарен впоследствии тот человек, которого мы отвлечем от греха и который, таким образом, останется целомудренным или только не увеличит у себя бремени новых плотских грехов! Как самим нам свойственно желать, чтоб особенно близкие-то к нам хранили себя в той же целомудренной честности, как и мы, – чтоб для нас, чистых на сей раз, и окружающее все было чисто, чтоб заведенный нами по какому-либо случаю разговор против плотского порока был принимаем с сочувствием и ближайшими нашими! (Сюда же отнеси и всегдашний твой совет о женитьбе каждому холостому человеку или же молодому вдовцу между близкими твоими).

Дружеское принятие у себя или посещение самим лиц, живущих в незаконной связи

Между тем в слове Божием сказано: «с таким даже и не есть вместе» (1Кор.5:11) (разумеется обыкновенное хлебосольство). Сущность греха здесь заключается в сочувствии чужой любодейной связи и в соуслаждении ею. Иначе как же постоянно иметь на глазах чью-либо преступную связь, видеть мужчину и женщину, ласкающих друг друга, как бы в силу законного супружества: видеть ласкаемых ими детей незаконных: видеть все это, и не выразить ничем своих чувств против их постыдного союза! Затем, грех здесь заключается в открытой поддержке незаконной связи. Иначе как же это с ласкою, дружески встречать и провожать у себя тех, пред которыми между тем церковь Божия затворяет двери! Как искать хлебосольства или только не отказывать в своем хлебосольстве или поддерживать лишь прежнее дружество с лицами, которые считаются врагами Богу по своей любодейной связи! Нет, кому нравится такое хлебосольство и дружество; тот, очевидно, уже не в искреннем союзе с Церковью и Богом, а «совокупляющийся с блудницею» (1Кор.6:16). Особенно виновна на этот раз гостеприимная или покровительственная связь со стороны таких лиц, которые известны в обществе своею степенностью или серьезностью, как люди семейные или пожилые или как занимающие высокое место по службе. В дружестве с такими-то лицами наложник и наложница хотят найти и показать пред другими подкрепление преступной своей связи. Наконец, иногда же грех здесь состоит в искательстве чего-либо у живущих между собой противозаконным союзом, даже в отбое завидной наложницы или в привлечении себе другого обожателя; потому что и трудно, действительно, не усвоить себе свободных понятий о целомудрии или неприкосновенности собственного брака тем, которые имеют пред глазами своими пример любодейного сожития. Но говорят: живущее между собой в незаконной связи иногда особенным образом вызывают на гостеприимные сочувственные отношения к ним своею добротою и ласковостью, а также и примерным между собой миролюбием; так согласно не живут между собой иной раз «законные муж и жена». Да, женщины например, живущие в наложничестве большею частью показывают себя милосердыми, добрыми, ласковыми. Но только в этой доброте нет ничего чистого и высокого. Они щедры на деньги, на вещи, на угощения собственно потому, что все это чужое для них или такое, которым завтра, послезавтра, если откажет им сожитель, они уже не могут распорядиться. Ласковостью и добродушием к посетителям они как бы хотят вымолить прощение за свою незаконную связь. Что же до ласковости и дружественности между собой самих наложников, которые будто бы вызывают на сочувствие к ним, то тут можно видеть только то, что они сошлись и живут по страсти или же они чувстительностью своих взаимных отношений хотят придать благовидную форму своей незаконной связи. Говорят еще: «что же гордиться пред грешными людьми{q} Христос-Спаситель, напротив, окружал Себя блудниками и грешными». Нет; не по гордости духовной, ни по фарисейству, ни по вражде какой и не из-за одного только внешнего неприличия целомудренный христианин отстраняет себя, даже до раздления совместной трапезы, от тех людей, которые живут в незаконной между собой связи. Но почему же{q} Собственно по несочувствию к пороку их и ради того, чтоб сохранить единомыслие с церковью. Надобно еще заметить, что слово Божие, внушая православным христианам чуждаться сношений с явными грешниками, впереди всех выставляет блудника (1Кор.5:10). На примеры же Христа-Спасителя в настоящем случай, очевидно, делается совершенно напрасное указание; потому что в трапезах Его с прелюбодеями мы видим в нем только небесного пастыря погибающих овец. Ты, сын святой Церкви! Также и для собственной своей пользы никогда без крайней нужды не зови к себе, ни сам посещай живущих в наложничестве и вообще людей развращенных, не входи с этими людьми ни в какие сделки; потому что из всех соблазнов самый заманчивый соблазн блуда столь близко видимый и в чужой любодейной связи.

Предоставление у себя дома убежище блуду

«С прелюбодеями сообщаешься» (Пс.49:18). Так, одни дают у себя квартиру незаконно живущим, зная о незаконном их сожительстве, да таких-то квартирантов больше у себя и держат; другие в своих гостиницах отделяют особые номера для тайных свиданий или ночлегов лицам двух полов; третьи принимают в свои торговые бани приходящих или приезжающих, очевидно, с постыдною целью, например, и ночью прямо с маскарада в клубе; четвертые только не препятствуют приходить в свою квартиру или в дом постороннему и к посторонним, которые живут у них, приходит также явно с худою целью. Это значит на деле соизволять и содействовать блуду других. Домовладельцы оправдывают себя на сей раз тем, что они не знают наверное: «для какой цели и на продолжительный или же на кратчайший срок кто нанимает у них помещение»{q} Они говорят, что «желающие согрешить найдут же для себя место в другом и третьем доме». Но оправдания тут не может быть никакого; потому что каждый должен охранять собственную свою совесть от участия в чужом грехе, которого признаки между тем столько явны. Лучше же иметь свои помещения в продолжение какого-нибудь времени пустыми, не приносящими никакого дохода, чем делать из них убежище для блуда. О, вы приниматели и упокоители творящих блуд! Не льстите себе (1Кор.6:10), не обольщайте себя пустыми надеждами, будто на вас нет греха за порок этих людей. Участие ваше с ними несомненное и Богу ненавистное. Лучше страха Божия да убоитесь!

Тайное сведение других для блуда

«Не участвуйте в бесплодных делах тьмы» (Еф.5:11). Первый сват блудных дел есть дьявол. Он (как вполне дознали святые подвижники) испытывает желание в двух лицах разного пола и когда испытает ту и другую сторону, начинает разжигать в них похотное влечение друг к другу. Таким образом, тайно сговаривающие и сводящие лиц для блуда выполняют чисто бесовское дело. Прежде всего, этим делом занимаются безнравственные женщины: они по первому требованию и за вес монеты приводят к развратнику падшее лицо, а часто после долгого своего сговора – и невинное. Этому низкому делу нередко служат и мужчины (прислуга), которые для мужчин же рекомендуют или отыскивают – сопровождают в квартиру их женское лицо, расположенное ко греху, а особенно погрузили себя в этом грехе городские извозчики. Наконец, тому же постыднейшему делу служат и те, которые только лишь передают (как бы почта) любовную переписку двух молодых лиц с сознанием содержания этой переписки, о чем дает им понять самая тайность дела. Если б не было подобных руководителей к блуду, то и разврат не столько бы распространялся между людьми, как теперь: лица благородного звания и стыдливые не вдруг же решатся сами делать шаг к бесчестному делу. Итак, виновные в сведении других к блуду по желанию их! Вспомните, что вы ведь занимаетесь прямо бесовским делом, что разрушаете «великое дело искупления Христова», потому что отвлекаете от Христа души! О, не горе ли вам{q} Отвратите же от себя это горе решительным исправлением!

Публичное содержание блудниц

«Давала подарки всем любовникам твоим, … чтобы они приходили к тебе блудить с тобою» (Иез.16:33). Содержатели блудниц (в своем ли доме или в наемной квартире) участвуют в грехах их. И это участие бывает особенное, с преступным до последней степени характером. Оно выражается в ловле, обмане, покупке, развращении невинных лиц и в бесовском злорадовании, когда подвергнется растлению невинная. Оно бывает в отношении к содержимым лицам принудительное, безжалостное: заставляют служить чужой страсти бедную, которая иногда уже пресытилась от разврата и изнемогает телом. В отношении же к тем, которые приходят в дом терпимости с гнусною целью, содержатели его употребляют все заботы к тому, чтоб тем заманчивее была обстановка их дома. Дома терпимости, это гнездилища и других сродных пороков. Там ругательства, общее пьянство, и мужчин и женщин, нередко буйство, драки, убийства; там обманы, продажа вина и напитков вдвое или втрое дороже настоящего; там кражи и грабительства, после которых жалкий посетитель часто остается не только без запаса денег, но и без одежды. Там крайнее бесстыдство во всем; например, если там бывает музыка, то самая бесстыдная; если слышатся песни, то самые грязные; если начинаются танцы или пляски, то самые наглые; там и разные кощунства. Словом: публичный дом это ад на земле – ад не по мукам еще грешнику, но по развращенности тех, которые живут в нем и собираются в него. И вот, если развратная жизнь каждой блудницы, которая находится в доме терпимости, есть вполне смертный грех, т.е. приводящий к вечной смерти; если без сомнения, смертно грешат частые посетители этого дома: то сколько же чужих смертных грехов принимают на свою душу публичные содержатели блудниц! Ужасная мысль! И как же еще эти люди могут дышать и глядеть на свет Божий{q}! Они должны бы признать себя заслуживающими и такой казни, чтоб расторгнуться по полам и погребстись живые вместе с теми, которых содержат для разврата! Но что же собственно заставляет их решаться на такое дело, унизительнее которого для человеческого достоинства нельзя и представить (а унижение тут более берет на себя женский пол){q} Что понуждает их быть участниками множества чужих грехов самого преступного качества{q} Ничто отвне, ни вызов чей-либо, ни бедность, ни убожество. Если же признаем здесь вызовом денежные прибытки (деньги, можно сказать, всегда и всего легче наживаются около греха и порока): это нисколько не извиняет их, напротив – еще увеличивает их вину; потому что тут они делают промысел-торговлю из разврата. Нет; главнее всего собственное влечение к развратной жизни, соуслаждение развратною жизнью других, бесовская радость распространять разврат – вот что заставляет кого-либо публично содержать блудниц! Эти-то крайне безнравственные побуждения оправдывает такой человек и на самом деле так, если содержателем дома терпимости бывает пожилое женское лицо, то и оно падает тут же с развратными посетителями. Если даже законные муж и жена вмести содержат, то и те падают с посторонними, не обижаясь друг на друга за неверность. Случится ли которому-либо из них овдоветь{q} И даже несчастье не вразумляет: овдовевший или овдовевшая спешат заняться тем же скверным промыслом. Случится ли подпасть под суд и подвергнуться тюрьме за особенные какие-либо преступления в содержали публичного дома{q} И после выхода из тюрьмы опять обдуманно бросаются к тому же делу, собирают снова скопище блудниц. Итак, если на том свете будут низшие и высшие степени вечных мучений, то без сомнения, самая высшая степень их принадлежит этим развратителям душ человеческих, содержащим непотребные дома. Смрад от адского огня, как смрад или дым после пожара содомского, заставивший Авраама поскорей бросить соседство Содома, этот смрад будут обонять на том свете люди, возлюбившие здесь злосмрадие блудного греха, а более всех – содержатели и содержательницы блудниц. Что же до духовного суда им в настоящей жизни, то они уже считаются решительно отлученными от Церкви и от Бога: «тех, которые на пагубу душ собирают и содержат блудниц … определяем отлучать», произнесли отцы на VI Вселенском соборе (пр.86). (Да; и целый Вселенский собор рассуждал против этого зла – публичных домов! Болезненная, значит, рана они сердцу Церкви. Можем ли и мы ныне не вопиять против такого зла, желая прекращения его{q}). Эти люди признаются недостойными принять кого-либо от купели (Треб.Петра Мог. стр.12), не допускаются и до присяги. О, если б они, несчастные, еще поспешили раскаяться и принести «плоды покаяния» (Мф.3:8), подобно преподобномученице Евдокии, и другим святым женам, которые вышли из бездны греховной на путь спасения! Великая была бы радость о каждом из них «на небе, пред святыми ангелами» (1Тим.4:3)!

Как прелюбодеяние искупить

  • Нужно помнить, что пока человек с чистосердечным раскаянием не обратится к Богу, пока он не переосмыслит всю силу и тяжесть греха, до тех пор и будет страдать его тело, душа, ища утехи в случайных связях или предательстве и изменах своего партнера.
  • Нужно быть мужественным, и покаяться, пока не поздно, чтобы избежать подобного греха в дальнейшем, и искренне обратиться к Богу с молитвой от прелюбодеяния и блуда, которая откроет сердце и очистит душу. Только таким образом человек духовно развивается и переходит на ступень выше.
  • Важно помнить, что чем раньше человек поймет, что он сотворил и переосмыслит всю свою жизнь и станет на путь праведный, тем лучше, он сможет быть счастливым, прислушиваясь к Богу и его Заповедям.

https://www.youtube.com/watch{q}v=2o1ub9PH_L0

Господь всегда с Вами!

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о